Мысленно потянувшись, она пересекла границу разума Лоры. Она чувствовала себя слегка виноватой, нарушая предостережение матери, но она знала, что действовала с благой целью. Мойра ловко соорудила необходимый для речи узор, и используя мягчайшие касания присоединила его к мозгу Лоры, позволяя ему обходить более не работавшие участки. Её работа была столь тонкой, что девушка даже не проснулась, хотя и начала бормотать во сне, но лишь на минутку.
Мойра отступила, и осмотрела дело своих рук. Узоры разума Лоры слегка изменились, но в остальном она казалась прежней. Всё по-прежнему было уравновешено, и она сомневалась, что девушка заметит разницу. «Она сможет говорить, когда проснётся. Интересно, что она подумает».
Она коснулась плеча Лоры:
— Уже поздно. Тебе надо идти спать, чтобы твоя мама не волновалась.
Лора зашевелилась, открыв сонные глаза:
— Угу, ага. — Звук собственного голоса испугал её, и она резко села, удивлённо уставившись на Мойру. — Что происходит? — сказала она с ноткой тревоги в голосе.
— Ты теперь можешь говорить, — откровенно заявила Мойра.
— Что случилось с твоим заиканием? — спросила Лора. Она удивлённо прикрыла рот ладонью. — Я говорю! — добавила она сквозь пальцы.
— Вообще-то мне следует попросить прощения, — объяснила Мойра. — Я только притворялась заикой. Мы боялись, что мой акцент выдаст нас, а мы не хотели тревожить твоего отца.
— Ты говоришь не как он, — сделала наблюдение Лора, указывая на Чада. Звук собственного голоса продолжал поражать её, и её глаза начали увлажняться. — Мой голос! — воскликнула она. — Поверить не могу. Я, наверное, сплю. Кто ты?
— Теперь уже нет особого смысла скрывать, — сказала Мойра. — Я — Мойра Иллэниэл.
Лора удивлённо уставилась на неё, едва не шагнув назад:
— Ты — дочь Кровавого Лорда? — Она посмотрела на Чада Грэйсона, который проснулся, и молча наблюдал за их разговором. — Он — Кровавый Лорд?!
Чад и так уже был раздражён тем фактом, что Мойра раскрыла их, но это новое провозглашение заставило его застонать:
— А-а, ну ёбаный в рот.
Мойра сама была не очень довольна, услышав имя «Кровавый Лорд». Так люди стали именовать её отца после того, как он убил Герцога Трэмонта и его людей в Албамарле. Формально, это даже не было делом рук её отца, но никто в это не верил.
— Это — не мой отец, — поправила она, — и мне очень не нравится имя «Кровавый Лорд». Мой отец — хороший человек, и слишком добр, чтобы заслуживать такое имя.
Мысли Лоры двигались в несколько раз быстрее, чем её только что вернувшаяся способность говорить:
— Но он…! — Она пялилась на Чада. — Не он? Тогда кто он? Почему вы…? Что вы со мной сделали?! — Она прерывала каждый вопрос, захлопывая рот ладонью, лишь чтобы убрать её для следующего вопроса. Это было почти комично.
— Я просто сделала так, чтобы ты снова могла говорить, — просто сказала Мойра. — Я увидела, что могу помочь, и бездействие показалось мне неправильным.
— Ты — ведьма!
Мойра вздрогнула в ответ на эту ремарку. Ведьмы были просто старыми женщинами с некоторыми познаниями в медицине и травничестве. Некоторые из них даже обладали слабыми способностями к манипулированию эйсаром, но в целом они были просто обычными людьми, которых очень неправильно понимали.
— Я предпочитаю «маг» или «волшебница».
Лора начала пятиться:
— Я не верю в демонов. Дорон нас защищает. У тебя нет власти надо мной! — На её лице ясно читался страх.
— Прекрати, Лора, — сказала Мойра. — Я не поклоняюсь демонам. Я даже не думаю, что они существуют, если только ты не имеешь ввиду тёмных богов.
Лора внезапно метнулась к двери, но Мойра по-быстрому создала щит, чтобы не позволить ей дотянуться до щеколды. Девочка в ужасе посмотрела на свою руку, обнаружив невидимую преграду.
— Пожалуйста, не делайте мне больно! — взмолилась она. — Я же вам ничего не сделала.
— Предупреждал же, чтоб ты нас не выдавала, — прокомментировал Чад. — Теперь она жуткий хай поднимет.
Глаза Лоры расширились:
— Вы что же…? Пожалуйста, я никому не скажу. Не трогайте моих родителей!
Мойра вздохнула:
— Это же нелепо. Дорон вообще уже не существует.
На лице девушке в ответ на это заявление отразился шок, и её губа задрожала:
— Это святотатство, — прошептала она себе под нос.
— Тебе её не переубедить, — заметил Чад. — А теперь нам уходить надобно. Сделай с ней что-нибудь.
Рот Лоры широко раскрылся, она готовилась закричать.
— Шибал, — сказала Мойра, посылая девушку в глубокий сон. Она подхватила Лору, когда её обмякшее тело стало падать, и неловко опустила её на землю. — А теперь что? — спросила она.
— Сколько она так проспит? — спросил лесничий.
— Минимум час или два, — сказала Мойра, — но скорее всего больше, поскольку она всё ещё усталая.
— Тогда подлей ей ещё немного, и будем спать дальше. Улетим до рассвета, а потом пусть сами без нас разбираются.
— Почему она так отреагировала? — спросила Мойра.
