На его лице ясно было написано замешательство, но Алисса прижала палец к его губам. Она указала рукой на лежавшую рядом сними Мойру, прежде чем тихо добавить:
— Она как-то вытащила их из нас. Мы свободны.
Её шёпот каким-то образом сумел передать глубину её радости от этого откровения. Оглядевшись, он заметил поблизости Чада, сидевшего необычно близко к массивному телу Кассандры. Грэйс он не видел, но ощущал её присутствие через их узы, и это осознание принесло с собой неприятное воспоминание. Он приказал Грэйс убить Кассандру. Ну, паразит приказал. Его память о тех событиях оканчивалась вскоре после того момента.
— «Грэйс?!» — позвал он своими мыслями. Ответа не было, хотя он всё ещё чувствовал её поблизости. — «Грэйс?» — Не получив ответа, он снова посмотрел на Алиссу: — Где Грэйс? Что случилось?
— Она была ранена, — прошептала Алисса. — Я сама не видела. Твой друг объяснит.
Его взгляд оглядел её лицо. Она явно хотела сказать больше, но выражение у неё было извиняющимся — то ли из-за её трудностей с речью, то ли из-за недостаточных у неё знаний, в этом он не мог быть уверен.
Сев, он обнаружил, что его тело было поразительно лишено ран, хотя спина у него побаливала после слишком долгого лежания на комке неровной травы. Горло Грэма ощущалось больным, но подходя к Чаду, он смог прохрипеть:
— Расскажи мне всё. — Больше ничего он не потрудился сказать — говорить было слишком больно.
Чад кивнул:
— Всё я и сам не знаю, парень, но после того, как мы расстались, я некоторое время за тобой следил. Когда ты столкнулся с Грэйс, я последовал за ней туда, где наша принцесска возглавляла какой-то прорыв. Полгорода пыталось их остановить, а твоя драконица, похоже, гналась за другой, которая покрупнее. Потом появилось какое-то металлическое чудище, и принялось всё рушить.
Лесник глубоко вздохнул, вспоминая:
— У него было такое оружие, какого я никогда не видел — магическое, наверное. Оно ходило на четырёх ногах, и у него была такая странная коробка, которую оно просто направляло на что-то, и — бум, всё взрывалось. Выстрелила этой штукой в Мойру, и по-моему едва не убило её.
У него и другое оружие было, на другой стороне. По-моему, оно им пользовалось больше, потому что первое нужно было долго перезаряжать, или типа того, но оно было почти таким же страшным. Оно направляло эту штуку, и та загоралась, будто из неё шло пламя, вместе с постоянным грохотом — но это было не как огонь у волшебников. Пламя было просто рядом с оружием, будто оно было каким-то побочным эффектом. Что-то, чего я не видел, било по всему, на что оно было направлено. Всё, что оказывалось перед этой штукой, просто умирало — хоть в десяти футах, хоть в сотне.
Грэм кивнул, прежде чем опустить взгляд на Мойру:
— Как мы сюда попали?
Большей части этого мы обязаны нашей принцесске, — ответил Чад. — Она каким-то образом встала, и не только вылечила твоего дракона, но и вывела нас из города. То, что она делала… — Охотник содрогнулся, вспоминая вторжение в свой разум. — …ну, я на самом деле не понимаю, но она нас вытащила. Как только мы оказались снаружи, она исправила всё у тебя и твоей ш… — Тут он резко остановился, перефразировав: — …твоей подружки. Но это, наверное, было для неё чересчур. После этого она упала в обморок. Вы трое уже пару дней спите как младенцы.
— Как ты нас перенёс?
Чад пожал плечами, кидая на драконицу у себя за плечом:
— После этого вот эта вот большая девочка по очереди перевозила нас в холмы. — Он не видел смысла упоминать последний, отчаянный бой. Тот был в их побеге просто мелкой деталью.
Кассандра подняла свою крупную голову:
— Не давай старику себя принижать. В конце за вами пришли ещё люди. Он сражался как демон, чтобы защитить вас, пока я не смогла вас всех вынести.
Грэм посмотрел Чаду в глаза, видя там смущение — секунду спустя он кивнул, и мужчина тоже на миг склонил голову. Между ними не было нужды в словах. Сберегая голос, он указал на незнакомца, лежавшего по другую сторону от него под навесом, и вопросительно поднял брови.
— Добрый барон, который отправился с Мойрой во дворец… знаю, он сейчас уже сам на себя не похож, — сказал Чад в качестве объяснения. — Она мне ничего не рассказала, но учитывая то, сколько он потерял крови, я не думаю, что ему с королём повезло больше, чем ей.
Обсуждаемый человек теперь почти не напоминал дворянина, с которым Грэм познакомился несколько дней тому назад. Его изысканный пиджак исчез, и тряпьё, в которое он был одет, теперь говорило скорее о крови и грязи, чем о благородной крови. Его волосы слиплись от влажной земли и чего-то вроде грязи, или засохшей крови. На Бароне не было надето никаких туфель или сапог, и пристальное изучение показало, что покрывавшая его рваная одежда на самом деле являлась останками его нижнего белья. Кто-то раздел его до нитки.
Лесник увидел мысли, мелькавшие у Грэма на лице:
