– О чем?
– Вот он же всегда думал и знал, что будет царем… а теперь он царем не будет. Думаем одно – а получается другое!
– Ну, так всегда, – пожал плечами Арсений Васильевич, – что будет – никто же не знает…
– Почему?
– Ну как почему? То война, то болезни. Я вот думал, что с мамой твоей всю жизнь жить буду, детей будет много, умрем в один день, как в сказке. И что вышло?
Нина кивнула головой:
– Да…
– Но это ничего, Ниночка. Если все наперед знать – так оно тоже…
– Папа, а ты счастливый?
– Да.
– А без мамы?
– Она же была у меня. И ты есть.
– Все равно мне царя жалко, – решительно сказала Нина.
– Ну жалко и жалко. А Володя что?
– Он сказал, что все из-за царя было. Если бы царь хороший был – то и революции бы не было!
– Господи, и он туда же, – нахмурился Арсений Васильевич, – болтайте-ка поменьше, а?
– Сейчас свобода и все можно!
Арсений Васильевич махнул рукой:
– Ладно.
Нина ушла к себе, вытащила из ящика стола журнал с портретом царской семьи и задумалась. Красивый все-таки мальчик этот цесаревич. Красивый!
***
С Володей Нина помирилась на следующий день – встретила его около гимназии:
– Пойдем кораблики пускать?
– Пойдем! – обрадовался он.
Они добежали до дома.
– Нина, я домой забегу на минутку, ранец брошу и у мамы отпрошусь?
– Давай скорее!
Володя убежал. Нина достала листок бумаги, стала складывать кораблик – в кармане уже четыре, но кораблей много не бывает, они размокают быстро. Володя, наверное, принесет тот, который вырезал в прошлый раз. Будет целый флот!
Мимо, задев ее и едва не сбив с ног, проскочил человек и скрылся в лавке. Нина удивленно наклонилась, чтобы поднять упавший листок. Куда это он так торопится?
Складывая кораблик, она придумывала, как к этому человеку неожиданно пришли гости – может быть, дама, и он побежал купить вкусненького к обеду. Или, может быть, жена поручила ему купить крупы – варить кашу. Или кончился сахар, а ему хочется пить чаю?
Из лавки вышел Арсений Васильевич, за ним бежал тот самый человек. Нина бросилась отцу навстречу, но резко остановилась.
– Папа, что? – прошептала она.
Отец заметил ее:
– Ниночка, маленькая, иди домой скорее.
– Что случилось?
– Домой иди!
– Я Володю…
– Нина!
Нина нахмурилась и побежала в лавку, оттуда прошла в квартиру, сняла пальто. Что случилось? На отце лица не было. Может быть, что-то с тетей Лидой? Кто этот человек?
Нина выглянула в окно. Володя стоял около лавки. Арсений Васильевич что-то сказал ему, Володя кивнул и ушел. Нина не выдержала, снова накинула пальто и выскочила в лавку. Она хотела выбежать на улицу, но увидела отца. Он стоял около кассы и поспешно выгребал оттуда деньги.
– Папа, что ты делаешь?
– Погоди, Ниночка, – отмахнулся он.
Из глубины лавки выскочил Николай:
– Арсений, что дальше делать?
– Да что делать? Ничего. Сволочи! Давай закроем, Николай, деньги возьми и домой иди. А я туда…
– Не надо, Арсений. Убьют…
Нина вскрикнула. Арсений Васильевич повернулся:
– Ниночка! Что ж ты не дома-то…
– Что случилось, папа? – крикнула она.
– Чайную разгромили, Семена избили.
– Кто?
– Да кто… Ниночка, тебя-то куда…
– Давай я к себе ее возьму? – предложил Николай.
– Давай… Нина, оденься побыстрей и иди с Николаем.
– Папа, я с тобой!
– Нет. Ниночка, послушай меня. Делай, что я говорю? Ладно? Не до тебя сейчас. Собери быстро что там тебе надо, и уходите.
Нина сидела на диване в квартире Николая Семеновича. На ковре играл его пятилетний сын, тоже Коля. Нина немного поиграла с ним, потом села на диван и задумалась. Из кухни слышались голоса. Нина прислушалась:
– И нечего было девчонку сюда тащить! – говорила жена Николая Семеновича.
– Что значит – нечего? – негромко возражал Николай Семенович, – одну ее оставить?
– И оставить! Коля, ты вот что – деньги он тебе все отдал? Он ведь не считал поди, так ты отложи себе сколько там…
– Ты что говоришь, Даша! – повысил голос Николай Семенович.
– Что я говорю? А то и говорю – отложи! Ты сколько на него работал? Ведь не выходил из лавки этой чертовой, еще и на Охте когда служил… а он знай себе жилеты меняет да девчонку наряжает! Сколько он тебе платил? Всяко мог бы и больше!
– Перестань, Даша!
– Не перестану! Прошло его время! И правильно, что чайную разгромили! Эксплоататор!
Нина решительно толкнула дверь. Дарья повернулась:
– Ты что вышла? Где тебе сидеть сказали?
Нина, не обращая на нее внимания, пристально смотрела на Николая Семеновича. Он, не выдержав ее взгляда, опустил глаза. Нина спокойно вышла в прихожую, взяла пальто, оделась. Николай Семенович выскочил за ней:
– Нина, куда ты?
Нина повернулась:
– Я пойду домой. Всего доброго.
Он схватил ее за руку. Нина нахмурилась:
– Отпустите.
Дарья выскочила следом:
– Иди, жалуйся папеньке! Если его не пристукнули еще!
Николай Семенович отпустил ее руку и повернулся к жене. Нина спустилась по лестнице. Сверху слышалась перебранка супругов.
