и вороной пролетая над Воловичами, Свистягино,
Мячиково, своей башней и моей Арткоммуналкой), —
не возникло бы у тебя, Геня, повода
писать этот текст,
а у посадских – принюхиваться и
считать мусорные машины,
пролетающие мимо их окон.
Посадские, вы мусорные машины считали? – Считали!
Серые и синие от оранжевых отличали? – Отличали!
Посадские, вы запах распознавали? – Распознавали!
Посадские, вы дороги перекрывали? – Перекрывали!
Посадские, вы шум поднимали? – Поднимали!
Посадские, вы дубинки терпели? – Терпели!
Вы под домашним арестом сидели? – Сидели!
Что это всё, посадские, означает? – А это означает, что и у нас наступило мусорное время.
Кабы я была музейщиком,
как Катя Ойнас, Наталья Никитина,
их учитель Владимир Юрьевич
и другие выдающиеся проектировщики,
я сделала бы в Коломне
Музей московского мусора.
Сочинила бы концепт,
собрала бы ещё в Москве коллекцию,
продумала бы архитектурное решение
и саму экспозицию.
Расписала бы аудиторию и
значимость музея для местного сообщества
и всего региона.
Расписала бы образовательные
и культурные программы.
Посчитала бы бюджет и среднюю
годовую проходимость.
Подала бы свой проект Музея московского мусора
на грант фонда Потанина.
Коломна – это один из ближайших к Москве
городов, повенчанный с ней её же мусором.
Музей «Коломенская пастила»,
Музей «Калачная»,
Музей патефона,
Музей-навигатор,
Музейная фабрика пастилы,
Музей-резиденция «Арткоммуналка. Ерофеев и другие»,
Коломенский Кремль,
Усадьба купцов Лажечниковых,
Дом посадских ремёсел,
Музей «Кузнечная Слобода»,
Музей боевой славы,
Музей льна и быта русских женщин,
Музей органической культуры,
Музей «Дима»,
Музей российской фотографии,
Музей конькобежного спорта,
Краеведческий музей,
Дом фарфора и керамики,
Музей трамваев,
Музейная лавка-кондитерская кухмейстера П. П. Шведова,
Музей самовара,
Музей ЖКХ,
Музей любимой игрушки,
Музей мыла,
Музей медовухи,
Музей «Футбол»
и мой —
Музей московского мусора.
Музеи хорошо приживаются в Коломне,
и их охотно посещают москвичи на выходные.
В Коломне меня познакомили с женщиной,
которая водит экскурсии
по купеческому дому собственного семейства.
Раздаёт одноразовые тапочки посетителям,
показывает фотографии
своих бабушек и дедушек,
старинные предметы их быта
и называет этот дом
Музеем воспоминаний.
Коломна, как Стамбул в голове Орхана Памука,
вся подвержена тотальной музеефикации,
утопия культурного проектировщика
и старьёвщика эмоций —
музейное государство, где новой коломенской
деньгой служит пастила и другие
сбережённые ощущения и вкусы.
Музеи хорошо приживаются в Коломне,
их посещают москвичи на выходные,
привозят детей пробовать калачи и пастилу,
дышать, ходить на Блюдце, смотреть на Маринкину башню
и место, где Москва-река впадает в Оку
и растекается дальше по России.
Они привозят сюда детей на выходные,
не зная, что остатки их бывшей, недавней жизни,
их отходы-эмоции уже давно находятся
в Коломне, лежат на свалках и через
лёгкий воздух, почву и грунтовые воды
захватывают местных – кустарных переработчиков отходов-переживаний.
Кабы я была музейщиком, я сделала бы
в Коломне Музей московского мусора.
В самом центре, в каком-нибудь заброшенном здании.
Побелевшая Маринкина башня из пластиковых вилок,
царапающих, как только что доставленную еду, воздух,
кремль из разноцветных бутылочных крышечек,
добрых и не очень,
монастыри и церкви благословляют на новую жизнь использованную бумажную посуду,
их колокольни из высоких пластиковых полулитровок,
картон и салфетки конструктивистских бань,
Москва-река переплетается с Окой полиэтиленовыми пакетами,
трамвайные пути из пластиковых трубочек,
и трамваи из макулатуры.
Музей замены живого города на город-переработчик
отходов чужой жизни,
Демонстратор всех достопримечательностей Коломны,
которые она может потерять,
интерес к которым могут потерять москвичи
из-за дурного воздуха, плохой экологии,
из-за того, что наступило мусорное время.
Ещё в моём музее будут:
мусорные баки-экспонаты,
мойдодыры нового времени,
готовые принять новое сырьё
для Музея московского мусора.
Ещё в моём музее будут:
карта с обозначениями городов,
обвенчанных с Москвой её мусором,
карта мусорных маршрутов,
карта с обозначениями случившихся мусорных бунтов,
видео мусорных бунтов,
журналистские материалы о мусорных бунтах.
Русский мусорный бунт – осмысленный и обозначающий то,
что наступило мусорное время.
Ещё в моём музее будут:
лекции, семинары, консультации,
мастер-классы по переработке мусора,
работы современных художников,
литературные вечера, где прочтут
новые сказки о кустарных переработчиках переживаний-отходов.
Экскурсоводом в моём музее станет Марина Мнишек,
невольный бренд Коломны
и Смутного времени,
лучше всех понимающая,
что такое быть выброшенной из Москвы.
«Женя, мы ничего наверняка о ней не знаем, —
говорит мне Владимир Юрьевич, —
относитесь к Марине Мнишек как к литературному персонажу,
шекспировской героине,
тогда и было шекспировское время».
Мой невольный двойник – Женя из Коломны,
которую приняли за меня в Арткоммуналке
(за меня – то есть за «московского писателя»,
разделяющего и перерабатывающего
