Олег сделал ещё круг по опустевшим комнатам, сделал фото на телефон, чтоб послать жене. Самая светлая комнатка – Инне. А та, что на северную сторону, для Галины Петровны. Тёща будет у дочери на глазах, с внучкой рядом, и по хозяйству на подхвате.
«Нет, торговаться не буду, а то начнёт упираться. Она тут мебели и техники оставляет сотни на четыре тысяч, это минимум. Не в моём положении привередничать и воротить нос. Надо брать!».
Им при переезде достанутся встроенные шкафы в коридоре, большой раскладной диван и кресло-кровать в зале, шкаф-купе и книжный стеллаж-стенка, в маленьких комнатах – комоды, тахта относительно новая, есть письменный стол и добротные стулья. Кухонному гарнитуру и чистенькому ремонту не больше трёх лет. Сантехника блестит и действует. Балкон застеклённый, не захламлён. Вообще, редкостные простор и чистота для стариковского жилья. Может быть дело в этих бумажках, что наклеены на всех дверях.
– А это что за перечень? – указал Кириллов на белые листы с надписями, намертво закатанные под термоплёнку.
– Бабушка наклеила. Давно уже. Чтобы не забыть, наверное, – скованно двинула плечами хозяйка, пытаясь изобразить равнодушие. – За порядком следила, сами видите. И в сказки про домовых верила. Может быть, и квартиру не запустила, потому что правила всегда перед глазами.
«Пункт первый. Утром оставлять завтрак для Домовёнка. Пункт второй. Вечером ежедневно выносить мусор на помойку. Пункт третий. Хотя бы одно из окон должно быть ночью открыто», – прочёл Олег аккуратные строки, выведенные округлым крупным почерком, и усмехнулся. – «Не самые бредовые установки, надо признать, в целом-то. Ничего сложного. Разве что на завтрак для домового скорее тараканы соседские сбегутся! Эх, убрать бы эту хрень, да без следов не ободрать, а двери новые, жалко, красивые!».
– Ну, что же, нам это очень подходит. Торговаться и перебирать мне некогда. Давайте согласуем, когда сможем собраться в банке, чтобы всё оформить и подписать.
Кириллов протянул руку Александре, она пожала в ответ. Олег прогнал подальше смутное беспокойство от того, с каким нескрываемым облегчением она вздохнула, обрадовавшись лёгкой продаже.
Ипотечный кредит распределили на пятнадцать лет, так ежемесячный платёж меньше. Первоначально Кириллов внёс две трети цены. Сумма подъёмная – выручила продажа прежней квартиры в далёком пригороде. И мать жены продала чуть запущенный земельный участок с хлипким домиком. Как раз почти хватило на новое жильё, где смогут разместиться все домочадцы.
Олег получил от Александры три комплекта ключей, и через неделю Кирилловы все вместе приехали по новому адресу жительства. Поднимались в лифте, женщины волновались и нервно перешучивались. А Олег ожидал их восхищённых возгласов, когда они увидят, что он приобрёл для семьи.
На площадке Кириллов зазвенел связкой, отыскивая нужный ключ. Галина Петровна ахнула, взмахнула полами горчичного плаща и ухватила зятя за рукав:
– Подожди! Надо же кошку вперёд пустить. Чтоб новоселье удалось. Это ж традиция. Иннусь, давай сюда Мюру.
Дочь – рослая и фигуристая семнадцатилетняя девица – одетая в безразмерную пёструю футболку, чёрные широченные штаны и трикотажную кофту, уже присела на корточки и возилась с переноской. Серая кошка Мюриэлла выбралась из матерчатого домика и переступала на кафеле лестничной площадки, с опаской принюхиваясь. Снисходительно хмыкнув над женскими суевериями, Олег отпер дверь и посторонился, чтобы питомец вошёл.
Но кошка лишь опустила голову, настороженно втягивая новые запахи, и не торопилась переступить порога. Инна и Галина Петровна тихонько уговаривали животное зайти. Ксения же облокотилась на стену, терпеливо ожидая окончания нелепого ритуала.
Внезапно Мюра грозно зашипела, прижала уши и выгнула спину дугой, уставившись в пустую квартиру. Сердито завывая, словно готовясь драться с большой собакой, кошка ощерилась, вздыбив шерсть и распушив хвост.
– Что ты, куся моя? – обеспокоенно подхватила её на руки Инна и обернулась к бабушке. – Она аж дрожит вся!
– Ай, нехорошо! – скорбно покачала головой Галина Петровна. – Не будет нам счастья на новом месте. Надо священника позвать, службу заказать, чтобы стены осветил, бесов изгнал.
– Вот будет вам, мама! Чушь какая, – с досадой выдохнул Олег.
– Много ты понимаешь! – недовольно поджала губы пожилая дама.
Очередное столкновение с тёщей и этот странный эпизод с кошкой смазали всё торжественное впечатление от первого посещения новой квартиры. И теперь Кириллов был раздражён, что не получил тех благодарных восторгов, на которые рассчитывал. Ксения успокаивающе погладила его по плечу, выдавив улыбку и шепнув:
– Не обращай внимания, Олеж!
Жена никогда не спорила, не требовала и не скандалила. И ему казалось, что её мама иногда за двоих сразу старается для семейной гармонии.
