— Мария Викторовна, что-то случилось? — спросила она.
Молодая учительница, едва переводя дух, прошептала:
— Людмила Алексеевна, вы же не собираетесь нас покидать, правда?
— Конечно же нет, скорее они уйдут из школы, чем я.
— Я понимаю, что это не моё дело, и я согласна, что завуч не самый приятный человек, она почти всех учителей унижает. Но дело не в этом. Я хотела сказать, что вы прекрасный человек, сильная и уверенная.
— Мария Викторовна! Да хватит уже!
— Я говорю серьёзно, и прошу вас, не уходите, вы нам нужны, весь коллектив вас ценит. Кроме директора и завуча.
— Что ж, хорошо, я вас поняла, — произнесла Людмила Алексеевна, заканчивая разговор с Марией Викторовной.
Она поправила макияж и причёску, после чего попрощалась со своей коллегой.
— До свидания, Мария!
— До свидания, Людмила Алексеевна! — ответила Мария Викторовна.
Молодая учительница стояла у входа и размышляла о том, как ей повезло, что Людмила Алексеевна, её коллега и наставница, никуда не уходит. Она понимала, что между ними будет долгая война, и это её беспокоило.
Мария Викторовна повернулась и вошла в свой кабинет.
«Пора собираться домой», — прошептала она про себя.
Людмила Алексеевна шла неспешно, и знакомые лица приветствовали её вежливыми кивками. Она отвечала им тем же.
За долгие годы работы в школе Людмила Алексеевна не изменилась. Ей скоро исполнится семьдесят восемь лет, но она продолжает преподавать в младших классах. Иногда она заменяет других учителей, если кому-то нужно куда-то сходить. Она не отказывалась от этой работы, но брала за неё плату с директора.
Людмила Алексеевна подошла к странному кубу, который стоял в парке. Он начал двигаться каждый час. Куб начал медленно вращаться по часовой стрелке, издавая при этом пронзительный звук.
— Проклятье, чтоб ты сломался на хрен, — в сердцах воскликнула Людмила Алексеевна.
Куб продолжал своё движение, неуклонно направляясь к северу. Зелёный цвет, который изначально исходил от него, начал сменяться красным.
Этот механический конструктор был сделан из неизвестного металла, и после падения Ориона никто не мог понять, что произошло в этом маленьком городке. Только Людмила Алексеевна и жители городка знали, кто поставил этот загадочный механизм и зачем.
Учительница стояла, пристально глядя на куб, который настойчиво указывал на север своим красным свечением.
— Не к добру это, — прошептала она, глядя в сторону севера.
Пожилая женщина сморщила нос, словно учуяла запах кошачьей мочи. Она посмотрела на север, где медленно надвигались тучи, закрывая небо своей тенью. В городе потемнело от надвигающейся грозы.
— Вот опять начинается, — подумала Людмила Алексеевна. — Сколько лет одно и то же. Надо предупредить родных, чтобы ночью не высовывались.
Людмила Алексеевна обошла парк и подошла к своему дому. Около дома стоял автодом.
— Интересно, кто это к нам приехал? Неужели Миша? — подумала она.
5
Людмила Алексеевна, учительница, неспешно приближалась к своему жилищу. На небосклоне начали сгущаться тучи. Она обернулась и обратила свой взор к небесам: тучи стремительно наползали одна на другую.
Из своей сумки, где находились тетради учеников седьмого и шестого классов, она извлекла носовые платки. Вытерев их, она поправила очки. За долгие годы её зрение ухудшилось, и она уже не могла ясно видеть сквозь стекло. Убрав платки, она заметила Станислава, который вышел из дома покурить. Он заметил Людмилу Алексеевну и, как это было привычно для него, когда он встречал родную мать, с распростёртыми объятиями подошёл к ней.
— Здравствуйте, матушка! Как сегодня вели себя ученики? — спросил Станислав.
— Мои дети всегда ведут себя хорошо, а вот некоторых коллег следовало бы перевоспитать. Они слишком буйные.
— Матушка, ты имеешь в виду ту самую особу, директора школы?
— Да, её.
Людмила Алексеевна убрала платок.
— Сынок, кто к нам приехал?
— Михаил со своей супругой и друзьями. Они заехали, чтобы навестить нас.
— Превосходная новость! — обрадовалась Людмила Алексеевна и поспешила в дом, чтобы приветствовать гостей.
В тот момент я находился в саду, где в окружении компании, состоявшей из Владимира Чарушина, Виктора Раевского и Марты Ростовой, мы вели беседу. Марта, сославшись на головную боль, отказалась идти на кухню, хотя её модельная внешность не позволила бы ей даже бутерброды сделать. Она предпочла сидеть на кресле-качалке, спокойно занимаясь маникюром.
Остальные девушки в это время помогали тёте Тани готовить ужин. В этот момент к нам подошла Людмила Алексеевна, и мы начали обсуждать вчерашнюю поездку.
Я встал, чтобы поприветствовать свою бабушку и обнять её.
— Позвольте мне представить вам Людмилу Алексеевну, известную учительницу, преподающую в младших классах.
Учительница улыбнулась и подтвердила, что я не ошибся.
— Давно не виделись, внучок, — сказала она. — Прошло уже больше двадцати лет с тех пор, как мы виделись в последний раз. И ты знаешь, почему. В тот день ты должен был приехать, но не приехал по какой-то причине.