— Хозяин ведь церковник. Вопреки общим стереотипам, самые зараженные вирусами места в интернете — это не порносайты, а те, которые содержат религиозный контент. От них пользователи не ждут никакого подвоха. Религиозные люди редко бывают хакерами. Кроме того, у них больше уверенности в том, что с ними ничего плохого не случится. Их девиз: «Мой Бог — мой антивирус».
Кавелли услышал ехидное хихиканье. Но оставил без комментариев, в основном потому, что отнюдь не был уверен в том, что на его ноутбуке есть антивирусная программа.
Несколько минут прошли в мучительном ожидании. Затем снова послышался голос Энцо:
— Всё. Папка открыта. Можете наслаждаться ее благочестивым содержимым прямо сейчас.
— Спасибо, Энцо, если мне еще что-то понадобится, я свяжусь с тобой.
— Все понятно, профессор, — энтузиазм Энцо выглядел весьма сдержанным. Что-то щелкнуло, и он отключился.
Кавелли открыл папку и вслух прочитал название единственного документа, который там содержался: «Далекий рассвет». Беатрис напряженно скривилась.
— Надеюсь, кардинал Рубино не прячет здесь плохие стихи. Это достаточно веская причина, чтобы засунуть их в запароленную папку.
Кавелли открыл файл. За титульным листом следовало оглавление длиной в двадцать девять страниц. Всего в документе их насчитывалось более трех тысяч. Кавелли углубился в чтение. Его глаза скользили по строчкам, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Он продолжал механически просматривать страницу за страницей. Когда он дошел до середины оглавления, ему перестало хватать воздуха, поскольку он забывал дышать. Это просто чудовищно! Что за лихорадочная фантазия психически больного фанатика? При других обстоятельствах над этим всем можно было бы посмеяться, но документ находился в ноутбуке кардинала, которого вот-вот должны были избрать наместником Бога на земле.
— В чем дело, Дон? — услышал он словно издалека голос Беатрис. — Что там написано?
Кавелли поднял голову и посмотрел сквозь нее. Казалось, он заметил ее только теперь.
— О боже мой!
За что выступает кардинал Рубино, куда он поведет католическую церковь? Началось второе за сегодня заседание конклава, и именно этот вопрос теперь задавали себе многие кардиналы. На утреннем голосовании за него отдал голос каждый третий. При этом других кандидатур не было. Ни одной. Что будет, если в очередной раз выборы провалятся? Если никто не будет избран, тогда не будет папы римского. Этот конклав и так уже длился слишком долго, и чем дольше это продолжается, тем больше шансов, что новый папа, в конце концов, окажется компромиссным кандидатом от бесславно распавшихся союзов, но совершенно бесполезным для церкви. Возможно, им предстоит заседать еще несколько дней или даже несколько недель. Все ощущали огромную ответственность, поскольку имелись весомые возражения против кандидатуры Рубино. Итак, за что выступает этот кардинал? Ответ был ясен каждому: ни за что. За все эти годы он не отличился ни особой тягой к реформаторству, ни особой консервативностью.
Беспрецедентный случай за всю двухтысячелетнюю историю католической церкви! Невозможно понять, что здесь происходит и почему. Мистика. Оставалось лишь размышлять о том, почему Бог позволил такому случиться. Кардинал Рубино, неприметный человек, которого при обычных условиях никто никогда не выдвинул бы даже в кандидаты, станет следующим папой.
Наконец-то Дух Святой сошел на конклав.
Неужели прошло всего десять минут с тех пор, как Кавелли тайно вывел Беатрис из Ватикана, опять воспользовавшись дверью в здании Конгрегации доктрины веры? Ее взгляд, в котором заботы о нем было куда больше, чем он заслуживал, все еще стоял перед глазами, но уже через пару минут остался в далеком прошлом.
Де Дженнаро смотрел на экран ноутбука, который Кавелли поставил на стол.
— Этого… не может быть, просто невозможно! — прошептал он бледными губами. — Прекратите, пожалуйста, прекратите!
Но кардинал Монти на экране продолжал рассказывать о заговоре, о попытке убийства и, что хуже всего, о манипуляции конклавом.
— Ужасно! — простонал Де Дженнаро, когда Монти закончил. — Это уже попало в печать или на телевидение?
Кавелли покачал головой.
— Нет, это оригинальная запись, копий нет.
— И как она к вам попала?
— Это сейчас неважно, потому что все еще хуже, чем полагает Монти, положение просто угрожающее. В эти минуты кардинала Рубино выбирают новым папой, и…
— Вы не должны… откуда… вы не можете этого знать!
— Но я знаю, и вы тоже знаете.
Камерарий, защищаясь, поднял руки, будто хотел заткнуть уши.
— Но как…
