—Нормально, больше ничего не спрашивай, боюсь сглазить, — серьезно ответил Глеб, — но ребят, вы меня поддержать должны. Если будут спрашивать ссорились мы или нет, то говорите что все в порядке, но мне здесь скучно, плохо и я постоянно говорю о пионерском лагере, в котором хочу побывать.
—То есть о «Восходе»? — уточнил Кира.
—Нет, названий и подробностей не надо, это будет слишком подозрительно, просто скажите что я зациклился на пионерском лагере, куда не могу поехать, поэтому такой грустный. Все остальное они должны узнать у меня. Жаль Кащея предупредить не успел, — с досадой заметил Глеб, — хорошая мысля приходит опосля.
—А он все равно у Инны Анатольевны наблюдается, — сказал Митька, — ты что забыл?
—Нет, но Лев Павлович может ее спросить, или сам на беседу придти, — возразил Глеб, — так, вот еще что, сегодня после полдника я гулять не пойду, попрошусь в палату и залезу в постель.
—Это еще зачем? Ты же нормально себя чувствуешь, — удивился Кира.
—Но это только вы знаете, — спокойно ответил Глеб, — для остальных у меня сильная депрессия, и никого видеть я не хочу.
В класс зашел Кащей. Не дав Глебу сказать ни слова, он с ходу выпалил:
—Я сказал своей врачихе, вроде просто так, для сведения, что у тебя появилась идея фикс — пионерский лагерь. И ты сейчас очень переживаешь, что не можешь туда поехать.
—Молодец! Ты Кащей наверно мои мысли читаешь? — одобрительно хлопнул его по плечу Глеб.
—Не, просто решил тебе помочь, — простодушно заявил Кащей, — да, я еще сказал, что мне кажется ты подумываешь о самоубийстве.
—Ты что совсем рехнулся?! Козел! Кретин! Идиот! — Глеб не постеснялся в выражениях, размахивая руками, — хочешь чтобы меня в четвертое упекли?
—Да успокойся ты, — Кащей никак не отреагировал на его ругань, — надо их немного встряхнуть. Так результат скорей будет.
—Ага, положат под сетку, закормят аминазином, и хорошо, если выпишут через год! — никак не мог успокоиться Глеб, — ты пойми, они же за нас отвечают.
—Вот я поэтому и сказал про самоубийство. Да остынь ты, это же только с моих слов так выходит. Я сказал «мне кажется», тоже ведь не дурак, все понимаю, — начал оправдываться Кащей, поняв что действительно переборщил, — может моя врачиха и не скажет никому об этом.
—Как же! — включился в спор Митька, — да они это в первую очередь спрашивают, если у них только подозрение есть, что ты самоубийца.
—Ладно, отступать все равно некуда, игра продолжается, — вздохнул Глеб, он вспомнил про Нелеву и на душе стало легче.
—Глеб, извини если я действительно тебе медвежью услугу оказал, — негромко произнес Кащей.
—Ничего, — Глеб улыбнулся, — может ты и правильно все сделал.
Из «нирваны» Ленку вывел требовательный звук телефонного звонка. Пришлось встать с дивана и уменьшив громкость магнитофона, взять трубку, предварительно сказав про себя пару «ласковых» позвонившему, в такой неподходящий момент, когда разговаривать абсолютно ни с кем не хотелось. Звонила Надька, ее подружка.
—Привет! — поздоровалась она.
—Привет, — ответила Нелева, раздражение быстро улетучилось, сменившись радостной легкостью, несмотря, на то что подруга позвонила совсем некстати, — а я сегодня Глеба Брусникина видела, — не смогла не поделиться она новостью.
—Ты что?! — воскликнула на другом конце провода Надька, и чуть не поперхнулась от удивления, — его уже из сумасшедшего дома выпустили? А мама мне сказала, что его там еще долго будут держать. Таких психов выпускать опасно.
—Да никакой он не псих! — рассердилась Ленка, — что ты вообще о нем знаешь?
—То, что он почти атомный взрыв устроил! — Надька отреагировала на ленкины слова тоже повысив тон, — моя бабушка с соседками хотели в бомбоубежище идти, но не знали где оно находиться. Думали ядерная война началась. Она на работе вспышку увидела и дымовой гриб.
—Он не виноват, — вступилась за Глеба Нелева, — он не хотел ракету запускать, просто так получилось.
—Постой, так где ты его видела? — опомнилась Надька, — его выпустили из психушки или нет?
—Нет, — сухо ответила Ленка, — он еще в больнице.
Она уже пожалела, что сообщила эту новость Надьке. Но отступать было поздно.
—Так ты в психушке была? — это ошарашило Надьку так, что она на секунду замолчала, но придя в себя засыпала Ленку вопросами, — и как там? Глеб наверно в смирительной рубашке и с двумя санитарами по бокам, верно? — Надька вчера смотрела по телевизору «Кавказскую пленницу» и мыслила теперь некоторыми стереотипами о жизни в психиатрической больнице.
—Да ни в какой он не смирительной рубашке! Мы даже на крыльцо корпуса выходили вместе, — сказала лишнее Ленка, пытаясь защитить Глеба.
—Погоди, а как ты его нашла? — спросила Надька.
—Так и нашла. Просто, — отрезала Ленка, разговаривать с подружкой она уже не хотела.
—А почему ты вообще туда поехала? — в голосе Надьки впервые послышались насмешливые ноты, — значит правду говорит Ирка что он тебе нравиться, и ты тогда хотела обратить на себя его внимание? И что же он тебе сказал?
