Следствием этого стала полная русификация сознания населения области при бешеных атаках украинизаторов на формальном уровне. При том, что этнических украинцев в Донецкой области к развалу СССР немного больше русских. Кстати, практически на всех парламентских и президентских выборах этот протестный дух населения края определял и протестное же голосование. Не за Кучму, а против Кравчука, не за Януковича, но против Ющенко, Тимошенко.
Напрасные старания донецкого бизнеса стать своим в Киеве, договориться, уладить дело по-тихому сыграло с ним плохую шутку: к тому времени, когда он решил пойти-таки во власть, на днепровских кручах все уже было плотно обсажено националистами из Галичины или националистическими парнями и девчатами в вышиванках из центра Малороссии. Первый штурм цитаделей власти донецкого-луганским истеблишментом был провален. Да и вся последующая политическая история Донбасса в составе Украины – не более чем череда сплошных поражений, неудач и пирровых побед, завершившихся тем, что решивший стать более украинским, чем галичане или полтавцы донецкий бизнес-народ стал сам в родном краю пропагандировать «украинство» и «европейский выбор». Их землякам это страшно не понравилось – еще бы наряду с социальным неравенством, которое в крупном клановом бизнесе, несомненно, играет не такую и важную, но очень уж приметную роль, на горизонте региональной жизни замаячило еще и языковое, этническое угнетение. Тем более, что все годы жизни в «незалежной» Донбасс уже гнул шею в националистическое ярмо. Достаточно вспомнить, что из 130 школ в столице Донбасса осталось всего несколько с русским языком обучения, пенсионером постоянно приходилось напрягать зрение, чтобы понять ново-украинский язык галичан в инструкциях к лекарствам, а судящимся – нанимать переводчика с малороссийского на великорусский. Могло ли все это не угнетать? Последней каплей в чаше унижений стало открытое покушение на общерусские и советские идеалы, попытка навязать донбассовцам новых «героев» Украины – Мазепу, Петлюру, Бандеру. Донбасс к 2014 году напоминал бочку с бензином. И спичка для нее нашлась – государственный переворот, осуществленный националистами при поддержке Запада.
Шахтерский край припомнил все – и как при большевиках еще русские земли с русским населением отдавали в состав Советской Украины (чудом выскочили тогда из нее Таганрог и часть ростовских земель угольного Донбасса – Миллерово, Гуково, Шахты), и как проводили украинизацию в 20-х и 60-х годах, и, самое главное, отставив в сторону свой знаменитый конформизм, – как господа из Киева и Львова пытались убить насилием во всех сферах жизни русскую душу народа.
Надо сказать, что в самом начале донбасского восстания можно было слышать голоса сомневающихся: никакого, дескать, прорусского движения у вас в крае угля и стали не было, да вдруг вы такие русские сделались. Именно для таких Фом неверующих и было выше рассказано о том, кто создал индустрию Донбасса, о той самой пассионарной силе русской глубинки, которая и вытесала из угольных пластов Донецкого кряжа самобытный облик Русского Донбасса.
Ну, а потом, кто вам сказал, что ничего не было. Еще в конце советской власти в Донбассе появились общественная организация «Интердвижение Донбасса», которая с рядом родственных самодеятельных структур организовала еще в 1994 году региональный референдум, на котором подавляющее большинство донбассовцев высказалось за русский язык в качестве второго государственного и федеративное устройство Украины. Если бы к народному волеизъявлению тогда прислушались, сколько жизней можно было бы сохранить сегодня.
С середины 90-х годов в Донецке появилась идейная трибуна русских людей – газета «Донецкий кряж», козырным тузом которой и лучшим штыком борьбы с украинским национализмом в Донбассе стал талантливый публицист Дмитрий Корнилов. Роль «Донецкого кряжа» и лично Дмитрия Корнилова в защите русских прав трудно переоценить.
