Хотелось бы предостеречь те горячие головы, которые пытаются преподнести деятельность Артема на посту предсовнаркома ДКР как подвиг русского национального духа, как борьбу с украинским национализмом. При всей своей русскости, Артем был все-таки, в первую очередь, большевиком. Во вторую очередь, он тоже был большевиком, и в третью тоже.
Большевик он был правоверный и жутко дисциплинированный. Он был прагматик до мозга костей. Как мы видели в предыдущем эпизоде: партия сказала – Австралия, значит будет Австралия. И будет качественной вся работа там.
Перфекционизм отличал все, что делал Артем и другие, заметим, крупные коммунистические функционеры. Только это, вкупе с дисциплинированностью личной, дало возможность им создать мощное государство и выиграть несколько войн – от двух за существование государства до войн за космос, ядерное оружие, экономическое равновесие в стране, новую культуру, новую религию и души людей. Все советские перфекционисты показали, как истинно русское стремление к свободе, всегда понимаемое нами, как ничем и никем не ограниченная воля, может сочетаться с восприятием и переработкой соседних культур и нравов. И недаром первый космонавт Земли Юрий Гагарин восхищался жизнью и судьбой товарища Артёма.
Артем, как и большинство кадровых ленинцев, на дух не переносил национализм в любом его виде, хотя, конечно, националистическая мысль великих культур, таких как русская, германская, французская, китайская, рассматривались как естественные последствия развития имперских народов по собственному уникальному пути. Если же говорить о предпочтении Артемом и его соратниками по партии русской культуры и как государствообразующей, то, наверное, уместно было говорить о том, что исповедовали они своеобразный «русский интернационализм». Который, к слову сказать, прижился у нас в Донбассе. Ведь с самого начала нашей истории локомотивом ее был русский мужик из центральных великорусских губерний, но направляли его бег британцы, французы, немцы, бельгийцы, а позже и американцы-менеджеры. Национальные ручейки греков, татар, немцев, болгар, евреев, белорусов, армян, ингушей постоянно подпитывали русское море в Донбассе. Долгое время никто не вычитал из него украинцев и белорусов, но даже когда это произошло, то сделано было во имя принципов равноправия. И хотя многие коммунисты, работавшие на юге, понимали, что в будущем это может дать как раз эффект несправедливости, что многие потуги украинских деятелей продиктованы чуждой и русскому, и советскому государству идеологией, против генеральной линии партии до конца они не пошли. Все они помнили о единстве и вреде фракционности в рядах партии.
И в этом первый урок государственного деятеля Артема – урок дисциплины и мудрости
Артем понимал людей и умел быть с ними везде – и в бою, и в лазарете, и в голодной степи при отступлении, и на шахтах и заводах при их восстановлении.
Это второй урок – быть своим среди своих, знать их дело не хуже их самих.
Напомним, Артем работал и машинистом на руднике в Донбассе, и металлистом в Екатеринославе, и слесарем на паровозном заводе в Харькове.
Но самый главный урок Артема, который очень трудно выучить сегодня – это искренняя верность идее и мечте всей жизни. Она у него была одна – всемирное братство людей. После окончания Гражданской войны это казалось ему возможным. С его связями в международном рабочем движении, с именем в кругах горных рабочих, среди влиятельных деятелей профсоюзного движения Британии, Франции и Германии.
Известно, что Артем мечтал о создании Всемирного союза углекопов. Кому-то это казалось утопией, кому-то, напротив – угрозой могуществу капитала похлеще неопределенной мировой революции. И давно уже живет версия о том, что экспериментальный аэровагон, в котором ехали Артем и европейские деятели профсоюзов тем трагическим днем 24 июля 1921 года, слетел с рельсов под Тулой совсем не случайно.
Так это или нет, мы, скорее всего, никогда не узнаем. Ему было только 38 лет. Но он вошел в историю. Нашу историю.
Так уж получилось, что более всего память Артема была увековечена в Донбассе. Старинный купеческий уездный городок Бахмут переименовали в Артемовск, в соседней Луганской области есть еще один с таким названием. Главная улица Донецка до сих пор носит имя пламенного революционера. Украинствующие партийцы взяли свое. И Украинский музыкально-драматический театр в Донецке был назван именем Артема, а две из четырех книг об Артеме написаны харьковским писателем Полонским на украинском языке.
