В шестнадцать пятьдесят девять «Хюндай Акцент» Виктора Васильевича подкатил к точке встречи. Было пасмурно, дул резкий ветер, пахло предстоящим дождем. Справа возвышалась высоченная стела со звездой и летящей женщиной на вершине. Женщина, очевидно, олицетворяла богиню Победы, но была похожа на обычную советскую гражданку строгих семидесятых годов. Чтобы никто не заглянул под развевающуюся юбку, снизу она быта закрыта ровной пластиной, из которой нелепыми обрубками торчали ступни ног. Слева, за глухим забором начинался знаменитый тиходонский «Шанхай» – скопище нищих хибар, будто перенесенных из южноафриканского Бидонвиля, и арыков с нечистотами, заменяющих здесь центральную канализацию. Между мемориальным комплексом и забором шла широкая улица, по которой неспешно катились субботние машины.
Виктор Васильевич опасливо выбрался наружу и, озираясь по сторонам, прошелся взад-вперед, изображая безмятежную прогулку.
Ровно в семнадцать ноль-ноль рядом притормозил темно-синий «Мерседес-С». И тут же из жидкого транспортного потока, равнодушно обтекающего чужие разборки, выскочил черный «БМВ», практически уткнувшись в его передний бампер.
Из «бэхи» упруго выпрыгнул человек в распахнутом элегантном плаще и хорошем костюме. От него волнами исходили запах дорогого одеколона и волны уверенности в себе. На его фоне выбравшиеся из «мерса» два небритых кавказца в черной одежде выглядели бомжами, угнавшими чужую машину. Они настороженно уставились на Лиса.
Тот значительно уступал обоим мужчинам в габаритах. Но и тачка у него была покруче, и манеры уверенней, и взгляд жестче. Поэтому кавказцы сразу избрали дипломатический тон.
– Давай разберемся по справедливости, брат! – начал тот, что постарше. – Знаешь, сколько покраска стоит?
– Ну, какой я тебе брат, чмо? Моя мать придурков не рожала, – с вежливой улыбкой сказал Лис. – А разберусь я с вами по полной программе, не сомневайтесь…
Он неторопливо обошел оцепеневших кавказцев, осмотрел капот. На темно-синем фоне выделялся белый след. Плюнув, он провел по следу пальцем. Белая полоска исчезла.
– Вот за это вы пять тысяч долларов требовали? – недобро спросил Лис. – Это чистое вымогательство! Одна статья есть…
– Почему вымогательство?! – встрепенулся старший. Он уже понял, что влип в нехорошую историю. – Никакого вымогательства… Можно и меньше…
– Сидел? – спросил Лис. – Вижу, сидел. А меня не знаешь. Значит, не местный. Документы есть? Паспорт, миграционная карта, права, техпаспорт? Вижу, нету. Плохи ваши дела, очень плохи!
Лис неторопливо достал из внутреннего кармана удостоверение, попутно «засветив» плечевую кобуру, и официальным тоном произнес:
– РУБОП. Подполковник Коренев. Руки держать на виду! Дергаться не советую.
Он спрятал удостоверение в карман и извлек мобильный телефон.
– Володя, это Коренев. Я у стелы Победы, напротив Шанхая. Пришли ребят. Я тут задержал группу – то ли угонщики, то ли подставщики, то ли вымогатели…
– Зачем так говоришь, начальник! – воскликнул старший, но Лис не обратил на него внимания.
– Заодно пусть прихватят кого-нибудь из гибэдэдэшников. Может, вначале оформим по их линии, а потом к себе закроем. Давай, жду.
Виктор Васильевич заметно воспрял духом. Он подошел к «Мерседесу» и с интересом повторял эксперимент: плевал на белую полоску и наблюдал, как она исчезает.
Кавказцы выглядели растерянными, но не испуганными. Интересно, на что они надеются? Что их отобьют?
– Беспредел творишь, начальник. – Молодой, похожий на боксера парень достал телефон, набрал номер. – Твой друг нам машину поцарапал. Надо заплатить за покраску.
А ты пистолетом путаешь, дело шьешь… Привык лохов пугать?
Он гортанно проговорил что-то в трубку. Интересно, кому звонит? Гуссейновским?
– Ты сразу скажи, что с Лисом трешь. Чтобы зря не ездили.
– Я знаю, что сказать, – боксер спрятал телефон. – Я, между прочим, юридический институт закончил в Москве. Я на тебя в суд подам!
– Ничего себе! – искренне удивился Лис. За много лет милицейской работы его не раз пытались подкупить или напугать расправой, но юридическим образованием и судом угрожали впервые!
– Чего ж ты по факту причинения вреда иск не подал, если такой законник?
– Давай как люди рассуждать, по-человечески, – вмешался старший. – Он виноват, он нам машину поцарапал…
– А чем он виноват? Трос лопнул! Трос вообще не его, и машину он тянул чужую! При чем здесь он?
– А какже! – снова начал напирать боксер. – Если бы не он, мы бы спокойно проехали – и все!
– А чего ты там вообще оказался? Если бы не поехал мимо, никакой царапины бы и не было! Выходит, вы сами и виноваты!
В блатном мире очень важно уметь «тереть базар». Кто говорит логичней и убедительней – тот и прав. Сейчас правым выглядел Лис. Виктор Васильевич распрямил грудь и уже явно не считал себя виноватым. Но и кавказцы не считали себя проигравшими. И через минуту стало ясно – почему.
