– Черкес раскололся. Надо на выводку везти, пока в сознанке…
– Да ты что?! – ахнул Рожков. – Ну, Леха, ты даешь! Еще кого-нибудь прислать?
– Не надо. Только спецконвой и машину. Да еще фотографа…
Через полтора часа «УАЗ» оперативной группы неспешно подпрыгивал на булыжнике Театрального спуска. Черкеса упаковали в зарешеченное отделение для задержанных, на заднем сиденье устроились сержант ППС с автоматом, участковый с пистолетом и эксперт-криминалист с фотоаппаратом. Рядом с шофером-милиционером гордо сидел лейтенант Кленов – это была первая важная операция, которой он руководил. А точнее, вообще первый выезд в качестве старшего. Вот так и начинается карьерный рост!
– Сейчас налево, к «Шанхаю», начальник, – хрипло сказал арестованный. – Лопата есть? Трупак раскапывать будем…
– Сворачивай! – скомандовал Кленов, и водитель повернул руль.
По узкой немощеной дороге бело-синий автомобиль въехал на территорию маргинального поселка, который в годы идеологического противостояния вполне можно было снять в фильме о беспросветной жизни американских негров. Покосившиеся саманные домишки, лачуги из латанных жестью гнилых досок и фанеры, руины убогих жилищ, черные пятна после пожаров, кучи мусора… На этом фоне кирпичные стены давно разрушенного овощехранилища казались крепостными стенами Трои.
– Все, приехали! – объявил Черкес. – Вон там, под окном его закопали…
«УАЗ» разгрузился.
– Ну и вонина! – сморщился водитель, доставая короткую лопату, а Кленова чуть не стошнило, и он поспешно закрыл нос платком.
На пустыре воняло падалью. Черкес сам убивал собак и кошек – частично для удовольствия, а частично для пользы – чтобы отпугивать бомжей.
– А что, думали, он французскими духами пахнет? – оскалил белые зубы Черкес. – Копайте вот тут, под стенкой!
Скованными руками он неловко показал место. Эксперт сфотографировал указующий жест подследственного. Хотя конвоиры, зажимающие его с двух сторон и крепко держащие под локти, могли поставить под сомнение свободу его волеизъявления.
– А кто будет копать? – растерянно спросил Алексей и осмотрелся.
Криминалист деловито целился фотоаппаратом, конвоиры контролировали каждое движение Черкеса, единственный свободный человек – шофер отошел далеко в сторону и явно не собирался приближаться к трупу. А лопата каким-то образом оказалась в руках у самого Кленова, и выходило, что откапывать труп придется именно ему. Брррр!
Алексея передернуло.
– Давай, сам раскапывай! – сказал он Черкесу, но тот помотал головой.
– Нет, начальник, я ничего тяжелее кошелька не поднимаю!
– Сам же сказал – неглубоко! А я с тебя всю эту грязь уберу!
После упорных уговоров Черкес согласился.
– Снимите с него наручники, – приказал Алексей. Конвоиры помешкали, но выполнили распоряжение и еще до того, как арестованный взял лопату, отскочили в стороны и приготовили оружие. Сержант передернул затвор автомата.
– Смотри, правила знаешь! – резко предупредил он. – Шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте – побег! Сразу десять дырок сделаю!
– Да ладно, ладно, – презрительно скривился Черкес. – Мне зона – дом родной! Зачем под пули лезть…
Он сноровисто взялся за работу, сырая земля комьями полетела во все стороны. Кленов избегал смотреть на острие лопаты. Он не знал, сможет выдержать вид разлагающегося трупа или блеванет… А может, упадет в обморок… Вот позору будет… Как-то странно копает этот парень – под самой стеной…
– Вот, уже рука показалась! – довольно объявил Черкес и, воткнув лопату в землю, наклонился.
Кленова замутило. Арестованный повозился в раскопе, что-то резко рванул. Неужели хочет за руку вытащить труп?! Алексей с трудом сдержал рвотный позыв. Что-то звонко щелкнуло. Черкес выпрямился: лицо перекошено злобным оскалом, в руках два зеленых овала, похожих на большие плоды киви.
– Держи, мусор! – Он бросил под ноги оперу один «плод», потом катанул второй в сторону автоматчика.
– Граната! Ложись!! – истерично выкрикнул кто-то.
Кленов опрокинулся на спину, перекатился, инстинктивно поджимая ноги. Совсем рядом рвануло: качнулась земля, блеснула рыже-красная вспышка, тугая волна горячего воздуха приподняла его и отшвырнула в сторону. Тут же грохнул второй взрыв… Лейтенант потерял сознание.
А когда очнулся, не мог понять – сколько прошло времени… Судя по тому, что сверху еще падали клочья земли – совсем немного. Почему-то стояла неестественная тишина. Наверное, землей забило уши… Алексей хотел их прочистить, но земли не было, только текло что-то мокрое… Кровь! Он оглох!
Кружилась голова, мутило, его все-таки вырвало. Кленов осмотрелся. Сержант превратился в бесформенную кучу окровавленного тряпья, участковый, раскинув руки крестом, лежал неподвижно, эксперт очумело сидел на земле и тер закрытые глаза… У машины стоял водитель, он широко открывал рот и бесшумно орал что-то в микрофон рации. Кого-то не хватало. Но кого? Он так и не смог этого определить, потому что земля вначале встала вертикально, как крышка кастрюли, а потом обрушилась сверху, и он опять потерял сознание.
