Цеон воспринимался всеми как потенциальная угроза, которая в данный момент была к нам дружелюбна. Всеми, кроме Элкая… Он везде сопровождал человека, на каждый осмотр, каждый выход за стену в поисках каких-то трав, камней, даже приютил его в своём доме! Я могла бы потребовать, чтобы чужак жил в доме вождя, тогда мне было бы легче за ним наблюдать, но это могло бы быть воспринято как попытка его пленить, что было бы опасным. Незачем насильно формировать у Цеона негативное отношение к нам – лишний повод для войны, а мы даже не знали откуда он, сколько таких же вокруг, зачем пришли в наши края. Потому не стала при нём спорить с братом и его легкомысленным предложением поселить у себя потенциально опасного врага. Лишь выставила невидимую охрану, готовую в любой момент перерезать Зенору горло, попытайся он сделать что-то недопустимое. Элкай об охране конечно же не знал, иначе устроил бы яростную сцену. Его разум был одурманен человеком, чуть ли не порабощён, но он даже не осознавал этого. Не замечал, как его хвост обвивался вокруг ноги Цеона, когда он нёс его обессиленного на себе после лечения раненых. Не замечал, как ловит каждое его слово, даже половины из них не понимая, не замечал, как постоянно ищет его глазами или не может их от него отвести. Но я замечала. И понимала, что с каждым днём – нет, с каждой минутой- человек всё глубже проникал своими щупальцами в сознание младшего брата, делая его своим самым верным соратником. Естественная любознательность Элкая и интерес ко всему новому только ускоряли процесс. В какой-то момент пришло чёткое осознание: он уйдёт вместе с ним и я ничего не смогу поделать. Держать его силой? На привязи? Я стала бы для него самым ненавистным существом в мире, несмотря на то, что я его сестра и желаю ему только хорошего…
"– Не стоило его отпускать на поиски … Цеон обладает невероятным даром и сильно поможет, но платой за эту помощь стал Элкай…"– я упрекала себя лишь сильнее по мере того, как проходили дни. Это всё что я могла… Или же, могла избавиться от человека, но это не спасло бы брата. Он уже был готов следовать за ним куда угодно, даже в объятия смерти. Я видела это в его глазах – одержимость, граничащую с обожанием.
Камнеедов стало больше. Ещё пять небольших чёрных малышей вилось вокруг своего названного отца, жадно изучая этот огромный мир вокруг. Прозерпина взяла опеку над ними и присматривала, пока Цеон занимался ранеными. Девчушка была порой более ответственной, чем мой брат, который в несколько десятков раз был старше неё. Но озорства она не растеряла и всё норовила подшутить над своими братьями-ровесниками.
Когда лечить было уже некого, чужак стал отправляться на осмотр округи за стеной. Изучал травы, камни, насекомых. Поначалу я сочла это тратой времени, но в итоге он сварил какую-то смесь и назвал это средством для борьбы с внутренней инфекцией.
– И это поможет сбить жар?– скептически поглядывая на зелёную жидкость в небольшом кувшине, уточнял наш главный лекарь.
– Да, но это не убьёт заразу, просто введёт в сонное состояние, что даст возможность больному справиться с ней, снимет жар. Особенно будет полезна для очень ослабших, потерявших много крови. А это уберёт боль. Правда эффект действует не более 6 часов, но зато полностью обезболивает.– чужак взял в руки деревянную плошку и сунул её лекарю в руки.– Пока это всё что я могу смешать, но я ещё изучаю свойства местных трав и их воздействие на ваши тела. Возможно ещё какая-нибудь полезная смесь получится.
– Я конечно не ставлю под сомнение ваши способности или познания, но эти кусты ядовиты для нас, а вы из них " лекарство " сварили. Не лекарство от жизни часом?– старик осмотрел лежащие на столе ингредиенты, из которых состояло обезболивающее.
– Даже яд, в небольших количества, может быть лекарством. За счёт этого яда и достигается эффект местной анестезии… В смысле снимается боль, но его очень мало в мази. При изготовлении важно строго соблюдать рецептуру, тогда она не будет представлять опасности для жизни…
Над деревней разнёсся звенящий крик – сигнал о нападении. Мы тут же забыли о том, чем занимались и молниями рванули к стене, навстречу врагу. Позади остался Элкай и Сариус, что-то объясняющий человеку.
К месту сбегались владеющие активными навыки, включая всех, кого вылечил Цеон. Воинов было в три раза больше чем в прошлый раз и я не решилась кого-то отправить домой, но всё же менее опытных оставила как последний рубеж. Со стены увидела около трёх сотен бегущих на нас монстров нашего размера и десять красных гигантов. Пыль взмывала в воздух под их когтистыми лапами, небольшие деревья вырывало с корнем, стоило попасться им на пути.
Их уже поджидали ряды наших бойцов, среди которых в итоге затесалась и я. Всё что мне было подвластно – защитить хоть нескольких. Сама я не была способна нанести какие-либо раны безликим зверям.
