Нам преградил путь целый выводок крокодилов-мутантов. Бежали на нас на своих непропорционально больших человеческих ногах, сверкая зубастыми пастями, пуская электрические разряды во все стороны, задевая и своих и чужих. Приходилось постоянно отступать, увеличивая дистанцию, и издалека поливать их огнём; водный хлыст лишь чуть-чуть отбрасывал зубастых, но не более. Крокодилы появлялись прямо из-под земли, бесшумно, молниеносно, что сильно нас замедлило. Приходилось постоянно присматриваться перед каждым следующим шагом, чтобы ненароком не угодить ногой прямо в открытую пасть, выныривающую из пола. Радовало что они редко встречались, но и этих встреч хватало с лихвой. Из них выпадало больше осколков:
– Уже почти пять сотен собрала!– радовалась Мира.
– Я знаете о чём подумала …– девчушка-старушка шла в центре построения, на случай если со спины кто-то выскочит.– В этом месте вроде как всё живое было убито чудищем, которое мы ищем. Но почему мы тогда видели те растения на дне озера и то дерево, из которого масло добыли? Почему они живы, а вся остальная растительность мертва?
– У меня есть теория. – инженер убрала кристалл в карман.– Те " водоросли " густо растут возле города, на поверхности! Это не подводные растения. В связи с этим и учитывая искривлённый ход времени тут, я полагаю, что это место возникло в реальном мире и поглотило часть пространства. Дора сказала, что подземелье до нашего прихода было законсервированно, значит, по моей теории, эти растения появились тут немногим раньше нас. Поэтому на них среда не успела повлиять.
– Ты только всё усложнила.– отозвался пилот.
– Для идиотов: появился пространственный пузырь в реальном мире, отхватил кусок леса и всё внутри впало в стазис до нашего появления! Так понятнее?
– Нам с кэпом – да, другим – сомневаюсь.
– Мира хочет сказать, что всё вокруг нас, это часть чужого мира, в который затянуло некоторые растения, как и нас. Поэтому они ещё живы.-я перевёл на доступный язык для Лианы и остальных местных.
– Что ж это за мир, в котором трупы оживают…– прошептала Инра.
– Эпос.
– Что?– переспросила она Орнэла.
– Эпос, мир так называется.– он на миг обернулся и глянул на меня и африканку.– У меня игра была установлена на СДР, Эпос называлась. В общем, там было задание какое-то по спасению эльфов от жука-переростка. Я его не проходил и в локации не бывал, но видел ту тварь на странице задания. История про эльфов, эти синие круглые кристаллы…были в той игре.
– Но зачем Доре воссоздавать часть игры?
– Не знаю капитан, но она назвала это место рудиментом своего протокола, так что тут прямая связь прослеживается с этими сверхспособностями. Не уверен, что это однозначно то самое место, но есть сходства. Посмотрим кто тут соки из всего высасывает и можно будет точно сказать.
– Навыки тоже оттуда?– уточнила инженер.
– Там было подобное, но…менее реалистично. Тратилась мана, а не собственная энергия организма, получить навык можно было довольно легко… Короче, типичная игра в фэнтези жанре.
– Если это всё же то самое место…Какая тварь нас в конце тоннеля поджидает?– я спросил на всякий случай, ведь его предположения вполне могли бы оказаться правдой.-"Я бы такому уже не удивился…"
– В задании была огромная многоножка с головой пираньи, по моему, но может другая рыбёшка.– парень переключил своё внимание на дорогу.– Там выход на какое-то открытое пространство.
Впереди действительно виднелась небольшая светлая точка – выход. Вернее, мы думали что это он, а оказалось, это был вход в огромную пещеру. Метров шестьсот радиусом, до потолка метров сто и он весь покрыт тысячами кристаллов, испускающими солнечный свет.
– Вау!– воскликнула Мира, выпуская изо рта облачко пара, глазея вокруг будто маленькая девочка.– Впервые вижу столько снега!
Весь простор пещеры искрился сугробами, в некоторых местах с нас ростом, наваленными везде где только можно. Снежинки отражали свет потолочных кристаллов, разбивая его на блики разных цветов, от чего поверхность сугробов была похожа на радугу. При этом, температура была не ниже той, что на поверхности, холода мы не ощущали, но эффект мороза, ввиде пара изо рта, присутствовал.
– Что это?– дивилась Инра и остальные местные, носочками рыхля снег. Он был рассыпчатым и словно песок расступался в стороны, потревоженный нашими ногами.
– Снег!– радостно ответила Мира.
– Это затвердевшая вода.– был более контретен пилот.– Когда температура воздуха сильно падает, капельки воды превращаются в кристаллы.
Наши зеленокожие спутники восхищённо заахали. Планета имела незначительный наклон относительно своей оси, от чего смена времён года была практически незаметной. Зима на Ле Абри представляла собой дождливое лето с весенними ураганными ветрами, но с температурой воздуха не ниже двадцати двух градусов. В таких условиях ожидать снега было бы глупо. Однако, в центре ураганов возникали целые облака града, ледяными камнями бомбордируя землю, когда скорость вихря более не была способна удерживать всю эту массу в воздухе.
