Как только за комендантом опустилась занавеска, Нюся приподнялась на локте. Придерживая на груди одеяло, она расширенными глазами смотрела, как они одеваются, как Эркин вешает на плечо мешок, берёт тюк и ящик. Женя взяла узел и маленький мешок, посмотрела вверх на Нюсю и улыбнулась ей.
– Удачи тебе, Нюся. До свиданья.
– Про… прощайте, – всхлипнула Нюся.
И Эркин улыбнулся её глазам, испуганным, как у Жени в ту, первую их ночь. Нюся даже задохнулась на мгновение от блеска этой улыбки.
– До свиданья, – сказал Эркин и вышел за Женей и Алисой.
Быстро, стараясь не задевать стояки, они прошли по залитому синим ночным светом проходу и миновали пустой тамбур.
Дождь кончился, но воздух был сырым и холодным. Только начало светлеть, над входами в бараки и вдоль ограды горели фонари, но их свет уже казался жёлтым. Возле хозблока стоял грузовик с работающим мотором, а рядом двое мужчин. Комендант с шофёром? Но в следующее мгновение Эркин увидел, что шофёр в кабине, а это комендант и… Тим?!
Глубоко засунув руки в карманы куртки, Тим молча ждал и было видно, что ждёт он давно. Когда Эркин стал укладывать в кузове узел, тюк, ящик и мешки, Тим молча подошёл и стал помогать. Когда они уложили вещи и закрыли борт, а Женя с Алисой готовились сесть в кабину, комендант отвернулся, закуривая. И Тим разжал губы:
– Я… я был неправ. Не держите на меня обиду.
– Конечно, Тим, – улыбнулась Женя. – До свиданья.
– До свиданья, – кивнул Тим и посмотрел на Эркина.
И Эркин вдруг – сам от себя не ждал такого – шагнул к Тиму и обнял его.
– До свиданья, Тим. Догоняй.
С секундной заминкой Тим ответил на объятие.
– Спасибо. Удачи тебе.
И, постояв так несколько секунд, они разошлись. Эркин перемахнул через борт, Женя с Алисой уже были в кабине. Комендант взял под козырёк, и шофёр мягко стронул грузовик с места. Эркин увидел, что Тим стоит и смотрит им вслед, и поднял руку в прощальном жесте. Тим ответил.
Грузовик выехал за ворота, и побежали с двух сторон, откатываясь назад, дома. Эркин сидел, прислоняясь к кабине, и бездумно глазел по сторонам. Дороги он не знал и запоминать не пытался. Незачем.
Город ещё спал. Тихие дома с тёмными окнами, медленно светлеющее небо. «Вот и всё, – повторял про себя Эркин, – вот и всё».
Когда они доехали до вокзала, стало уже совсем светло и погасли фонари. Шофёр высадил их у комендатуры, пожелал удачи и уехал. Эркин и Женя разобрали вещи, Алиса взяла Женю за руку, и они вошли в комендатуру. Усталый – видимо, с ночной смены – военный с красной повязкой на рукаве выписал им три билета до Рубежина, выдал три пакета с пайком – Эркин ещё зимой на сборном видел такие – и сделал отметку в маршрутном листе. Женя расписалась в толстой разграфлённой книге за билеты и пайки.
– Идите прямо сейчас, – сказал дежурный. – Пятая платформа. Отправление через десять минут, – и улыбнулся. – Счастливого пути.
– Спасибо, – улыбнулась Женя, пряча билеты в сумочку.
– Спасибо, – эхом повторила за ней Алиса.
Эркин затянул узел на маленьком мешке, куда укладывал пакеты с пайком, и, улыбнувшись, кивнул дежурному.
– Спасибо. До свидания.
И они вышли. На улице Эркин озабоченно спросил Женю.
– Женя, ты знаешь, где пятая платформа?
– Разберёмся, – бодро ответила Женя. – Алиса, дай руку. И не вертись. Некогда. Пошли?
– Пошли, – кивнул Эркин, плечом подвигая тюк, чтобы он не мешал мешку.
Женя с Алисой шли впереди, а Эркин за ними. Встречные, кто удивлённо, но большинство безразлично оглядывали его. Цветной тащит тяжести за белой леди – нормальное явление. А что леди сама нагружена… так тоже вполне объяснимо. Хотя бы нехваткой денег на двух носильщиков. Или нежеланием доверять цветному что-то ценное. Словом, до пятой платформы они добрались вполне благополучно.
На поезде Эркину ездить ещё не приходилось. И как всегда в таких случаях, он молча подчинялся, не спрашивая и даже не задумываясь.
У них были билеты второго класса. Купе на четверых. Два двухместных кресла и полки для багажа… Уложив вещи, они сели. Алиса у окна, Женя рядом, Эркин у окна напротив Алисы.
Вошедший в купе проводник, увидев Эркина, замер. Еле заметно сощурив глаза, Эркин с невозмутимым выражением смотрел на него. Женя достала из сумочки и протянула проводнику их билеты. Штамп комендатуры заставил проводника отвести наливающийся яростью взгляд от Эркина.
– Прибытие в двадцать тридцать семь, – сказал он, избегая русского названия Стоп-сити и возвращая билеты.
Когда он вышел, Женя улыбнулась Эркину.
– Дорога долгая, давай устраиваться.
– Да, – кивнул Эркин, расстёгивая куртку.
Женя помогла Алисе раздеться, сняла пальто и шаль. Эркин снял куртку. У каждого кресла были предусмотрены крючки, и развешенная одежда не мешала. Женя озабоченно посмотрела на Эркина.
– Может, тебе лучше было в кроссовках ехать?
– Нет, – улыбнулся Эркин. – Мне удобно в сапогах.
Четвёртое место оставалось незанятым, хотя в их купе уже несколько раз заглядывали люди, но тут же исчезали.
– В билете указан только класс, – объяснила Женя. – Занимают свободные места.
И улыбнулась. Эркин понимающе кивнул.
