— Ну — разглядывая отобранное, сказала Даша, — тысяч двадцать можно получить без проблем. На самом деле это стоит больше, но ты ж не собираешься открывать магазин. Продавец тоже захочет свою долю, а все эти кольца могут лежать очень долго.
— Да уж, — поддержала Черепаха, — прибарахлился на совесть. А мне, — сообщила она посредством мыслеречи, — почти за такие же деньги пришлось больше двух месяцев в карты человеков обыгрывать. Не так это просто, — возмутилась она на мой скептический взгляд. — Слишком много за игру взять — никто не сядет с тобой. Дураков раздевают медленно, и временами надо дать им отыграться. А потом, Рафика с Леной трогать нельзя, только посторонних.
— А Кузнеца можно?
— Так он сам напросился, — усмехнулась она. — Думаешь, к тебе первому подвалил с таким предложением?
Даша странно посмотрела на нее. Слышать она не могла, мыслеречь, направленная к другому, не расшифровывается, но иногда можно засечь сам разговор.
— Так, — сказал я вслух. — В связи с благополучным завершением нашего приключения и незапланированным повышением моего благосостояния, я испытываю потребность что-то сделать для самых прекрасных девушек на этой барже. Берите что хотите из этого и вечно рассказывайте всем встречным и поперечным о моей безграничной щедрости.
— Ты умеешь делать комплименты нашей красоте, — одобрительно кивнула Черепаха, моментально забирая все то же ожерелье. — Других девушек здесь все равно больше нет.
— Так в этом и дело! — поясняю, наблюдая, как она прячет в карман наиболее ценную вещь. — Жадным мужикам я не позволю ковыряться в моих сокровищах. А ты что жмешься? — спрашиваю Дашу. — Или ничего не нравится?
— А можно я кое-что другое попрошу? — помявшись, отвечает она.
— Что, — с ужасом спрашиваю, — еще один пистолет? Или сразу ящик гранат? Мне не жалко, но таскать тяжело. Джентльменов здесь я не наблюдаю, одни противные рейдеры, не подозревающие, что портфель с взрывчаткой за девочкой нужно носить бережно. У них и так рюкзаки тяжелые, и могут отнестись ко мне неодобрительно.
— Просто разреши мне пользоваться «Говорилкой» постоянно. Летчик ведь он все время один, — зачастила она, — особенно когда не летает. Ему скучно, и он хочет поговорить. Он еще очень многого не знает. Он как ребенок, с ним надо говорить постоянно и объяснять, что вокруг происходит. И потом, он развивается. Нельзя оставлять это на самотек. Я знаю их три. Одна у оператора, одна у тебя, а одна может быть у меня. Это ведь запасная. — Она смешалась и замолчала.
— Ладно, — сказал я после паузы, — будет тебе «Говорилка». Только при двух условиях.
Она закивала с готовностью.
— Во-первых, ты будешь не только болтать с Летчиком для собственного развлечения. Его нужно обслуживать и следить за состоянием. Я собирался проводить профилактику в порту, но не получилось. Сейчас займемся этим совместно. Список работ и в какой последовательности их выполнять, я тебе расскажу. Ничего особо сложного там нет, основные детали меняются сразу блоками, а подтянуть, проверить и смазать даже плюг сумеет.
— ??!
— Бибизяна, — пояснил я. — Все равно нужен кто-то, кто будет понимать и сможет работать с ним, даже если меня не будет. Так что прямо сейчас пойдешь и принесешь сумки.
Даша с готовностью вскочила.
— Не так быстро. Есть еще и «во-вторых».
— Я слушаю.
— Когда эта экспедиция закончится, ты без разных увиливаний тихо и спокойно вернешь «Говорилку». Или сумеешь меня убедить, что есть очень сильные причины оставить ее себе. Предупреждаю — это должны быть очень веские причины. И слезами меня не прошибешь. Летчик не игрушка. Все понятно?
— Да.
— Тогда иди. — Я достал «Говорилку» из кармана и продемонстрировал ей. — Вернешься — получишь во временное пользование.
Даша повернулась и поспешно, словно опасаясь, что я передумаю, убежала.
— У тебя больше не возникает желание случайно уронить ее за борт? — с ухмылкой спросила Черепаха.
— Время от времени меня посещает мысль спихнуть в воду тебя. Я очень не люблю эти ваши паучьи тайны и интриги. Туда не ходи, этого не делай, — а объяснений не дождешься. Мы не в том положении, чтобы прятать друг от друга что-то важное. Здесь и сейчас мы с тобой одни против всех, и не дело скрытничать. Вот на фига ты промолчала про «Насильника»?
