Он улыбнулся, и сквозь густую бороду блеснули желтые зубы. Ее охватил холодный страх, когда она увидела в его руках бутылку виски, в которой янтарная жидкость плескалась лишь на дне. Он покачнулся и поднес бутылку к ее рту, пытаясь заставить сделать глоток.
– Прекрати! – резко сказала она, отшвыривая бутылку. – Чарли спит, Бекки и Джоэл тоже.
– Я знаю, – пробормотал он, пытаясь схватить ее за грудь, затем, пошатываясь, шагнул вперед, оттесняя ее обратно в тень, к высоким камням. Когда он прижался к ней, она почувствовала его кислое, отвратительное дыхание. Ей удалось оттолкнуть его и высвободиться, выйдя на лунный свет. Он выглядел удивленным. – С тобой действительно больше не весело, теперь ты трезвая… Он снова поднес бутылку к ее губам, и она снова оттолкнула его руку. Страх прошел. Она больше не боялась его. Лишь чувствовала острую потребность защитить Чарли от этого человека. Она вырвала у него бутылку, не обращая внимания на его протесты.
– Где твоя машина? – спросила она. Его глаза закатились, и он, поджав губы, неопределенно махнул рукой в другую сторону от скалы. Джин схватила его за шиворот и потащила в том направлении.
– Эй, полегче, полегче! – возмутился он.
Небольшая автостоянка, поросшая кустарником, примыкала к проселочной дороге. Джин увидела его потрепанный синий «рено», припаркованный посередине. Он оставил водительскую дверь открытой.
– Можно мне навестить тебя завтра? – спросил Деклан, пока она тащила его по пологому травянистому склону к машине.
– Нет. Я уже говорила тебе. Хватит. Между нами все кончено.
В нескольких футах от своей машины он запнулся о неровную каменистую поверхность, упал ничком и издал стон. Джин не пошевелилась, безучастно наблюдая, как он встает. Он покачнулся, смерил ее злобным остекленевшим взглядом и снова подошел вплотную.
– Я слышал, как твоя сучка-дочь трахалась в своей палатке, – проговорил он, и его лицо исказилось в гримасе. – Похоже, она наслаждалась этим, уверен, гораздо больше, чем ты когда-либо.
Джин влепила ему пощечину, и он нанес ответный удар тыльной стороной ладони. Пошатнувшись, она споткнулась и упала на землю, наблюдая, как Деклан, покачиваясь, возвышается над ней с совершенно невозмутимым видом. Одна сторона ее лица горела, и она прижала руку к губе. Крови не было, но в ушах звенело. Это было не самое худшее из того, что он с ней делал.
Джин охватила ярость. Чистая ярость. Она вскочила, схватила его за волосы на затылке и толкнула в машину на водительское сиденье.
– Где твои ключи?
– Что? – заскулил он. Она бесцеремонно обыскала его карманы и вытащила ключи.
– Я никуда не поеду, – заявил он, скрестив руки на груди.
– Еще как поедешь! И поедешь прямо сейчас. Сейчас середина ночи.
– У тебя есть что-нибудь выпить?
– Нет.
– Ты уродливая сука, – процедил он.
– А ты – пустое место. – Она хотела обидеть его, но он улыбнулся и принялся хохотать, снова показав сквозь бороду свои пожелтевшие зубы.
– Который час?
– Один из местных сообщил мне, что в пабе чуть дальше по дороге продают выпивку и после закрытия. Можешь и успеть, если поторопишься, – сказала она, почувствовав прилив вдохновения. Она не слишком верила, что он на это купится, но Деклан был заядлым алкоголиком. Он захлопнул дверь, и Джин поняла, что его страсть к выпивке взяла верх. Он включил фары, и, когда при повороте они на мгновенье осветили высокую траву, ей показалось, что она увидела там какое-то движение.
– Пожалуйста, Боже, пусть он умрет в канаве. Не дай ему причинить вред никому, кроме себя самого, – прошептала она. Джин смотрела, как удаляется и исчезает свет задних фонарей его машины. На нее нахлынуло облегчение, ее плечи расслабились. Она приложила руку к ноющей голове. В темноте шум реки казался громче.
«Чарли!» – подумала она, поспешно огибая скалу и спускаясь по другому склону. Как долго он оставался один? Прошло всего несколько минут. В поле не было слышно ни звука, лишь вдалеке ухала сова, и ветви огромного дерева поскрипывали от легкого ветра. В обеих палатках было тихо. Вдруг в ее палатке зажегся ночник. Подойдя ко входу, Джин почувствовала облегчение, потому что ее дочь Бекки высунула голову наружу. Она была в пижаме и без макияжа и озабоченно морщила лоб.
– Мам, Чарли с тобой? – уточнила она.
– Его нет в палатке? – спросила Джин, ощущая, как к ней возвращается паника.
– Нет.
Джин протиснулась мимо Бекки и заглянула внутрь. Оба спальных мешка были пусты, и она тут же почувствовала, как у нее свело живот.
– Он, должно быть, с Джоэлом, – предположила она, вернувшись и вглядываясь во встревоженное лицо дочери.
– Нет, мам, его там нет. Мне показалось, я услышала его около нашей палатки, поэтому и вышла проверить. Почему ты не с ним?
– Я отошла покурить. Только на минутку, – пробормотала Джин. Ложь слетела с ее губ сама собой.
– А что, если он отправился к реке? Я не знаю, шел ли дождь, ты слышишь, как громко шумит вода? – спросила Бекки. В ее голосе послышались истерические нотки.
