По его инициативе в Харькове, тогда еще столице Украины, был создан первый в стране Дворец Пионеров. Причем он размещался действительно во дворце. В этом красивом здании в центре города до революции было дворянское собрание. Я этот дворец посещал, как член железнодорожного кружка. Этот кружек готовил персонал для будущей детской железной дороги, зачинателем которой, как говорили, тоже был «три П». Когда я, житель трущоб городской окраины, попал впервые в это здание, я просто «обалдел» (другого слова я не могу подобрать). Зимний сад высотой в два этажа со стеклянной крышей, живыми деревьями с бассейном, в котором плавали рыбы, произвел на меня неизгладимое впечатление.
В моем представлении после Октябрьской революции в народе — русском, украинском или еврейском — религиозность резко упала. В бога верили только пожилые люди. И вот «три П» решил воссоздать празднование Нового Года с нерелигиозной украшенной елкой. Это мероприятие подхватило все население вне зависимости от религии. В Союзе, во главе которого стояла атеистическая партия, празднование Нового Года с украшенной елкой, включая и главную елку в Кремле, стало впоследствии проводиться повсеместно, в том числе и в нашей семье. Кроме нас — детей, украшение елки нравилось и маме.
По отношению к «три П» запомнилась и такая легенда. Он зашел в окраинный магазинчик с одним продавцом. И попросил взвесить килограмм макарон. Продавец взвесил, но сказал, что у него нет бумаги для кулька. Тогда «три П» снял соломенную шляпу и продавец высыпал макароны в нее. С этой шляпой он явился в продовольственное управление и устроил там разнос. Бумага в магазинах появилась на завтра и тут же исчезла.
Вот этого прекрасного организатора в 1939 году арестовали, вменили ему в вину вредительство и расстреляли. Вот так!
Прошло всего лишь каких-то семьдесят лет со времен моего детства. Я смотрю на игры современных детей и поражаюсь тому, что наши игры исчезли, как здесь в Америке, так и в Израиле. А жаль! Это были не фабричные, запрограммированные и не изготовленные взрослыми игры, а настоящие детские игры, которые, в основном, как бы создавались самими детьми. Большей частью, если так можно выразиться, инвентарь этих игр был самодельным. Он изготавливался самими детьми, при минимальном участии взрослых.
Вот мне и захотелось воссоздать наши исчезнувшие детские игры.
Детство мое прошло во дворах на Павловском переулке и на Змиевской улице Харькова. Разница только была в том, что в частных домах переулка детей было мало и поэтому большинство игр мы проводили в переулке. А на Змиевской улице детей во дворе было много и, поэтому, играли во дворе. Друзей, вернее товарищей по играм, было много, но другом с большой буквы был только Колька с Павловского переулка. Наша дружба продолжалась до самой эвакуации.
Когда мне было лет, примерно, от 6 до 10, одной из моих самых любимых игр, была игра, которая у нас называлась «Колесико». Она требовала колеса, а лучше обода колеса, размером примерно 20 см и проволочного стержня по росту играющего. Стержень с нижней стороны имел плоский крючок для обхвата обода колеса, а с верхней был загнут для рукоятки. Играющий приставлял крючок стержня к колесу и толкал его. Для того, чтобы колесо не опрокидывалось, необходимо было бежать, и, чем быстрее, тем колесо было более устойчивым. Одной из целей игры было, чтобы колесо как можно дольше не опрокидывалось. Бегали мы по тротуарам. Тротуары в переулке были земляными, что было не очень удобным, поэтому мы стремились выбегать на близлежащую Змиевскую улицу, где тротуары были вымощенными. Играться можно было индивидуально, но лучше с друзьями. Запомнилось мне колесо, которое, как сейчас я понимаю, было узким отрезком трубы, с плохо отшлифованными краями. До сих пор мне припоминается то удовольствие, которое я испытывал от режущего звука, издаваемого колесом от трения при резких поворотах крючка о плохо отшлифованные края колеса. Мы бегали без устали много часов. Вот вам и бег, не как вид спорта, но ради удовольствия. Для осуществления этой игры требовалась помощь взрослых или старших ребят. Нужно было приобрести колесо и толстую проволоку, а также придать проволоке нужную форму. Кстати, часто эти составляющие игры мы добывали и сами, например, путем обмена.
Нравилась мне и другая игра, которая называлась «игрой в цурки». Играли вдвоем. Для игры в цурки нужна была палка, лучше круглая, и сама цурка. Цурка представляла собой отрезок палки длиной примерно сантиметров 15 с несколько заостренными концами с обоих сторон. Для этой игры нужна была значительная территория (нашего двора хватало).
