Попытка освободиться была неудачной. И вторая. И даже пятнадцатая.
Результатами оказались сбитые в кровь запястья и ладони. Стул не удалось ни сломать, ни опрокинуть, ни сдвинуть. Кто-то приколотил его к полу.
Эвхаар!
Лорри тоже ничего не смогла сделать. Она-то прекрасно проходила через кандалы, но выдернуть даже один гвоздь ей просто не под силу.
Но сдаваться мы не собирались. Драться – так до конца. До последней партии. До сбитых в кровь ладоней. Кто-то скажет – мы обречены на проигрыш… пусть!
А я скажу так – побежден тот, кто с этим согласен. Я буду тянуть до последнего. И драться тоже до последнего. Дирмас просто так меня не убьет. Постарается сначала помучить. Но если мне выпадет шанс – рано или поздно он расслабится.
Одного удара мне хватит.
А если повезет – то и не одного.
Что касается мужа и тетушки…
Ни я, ни Тёрн не питали иллюзий. Лорри еще может остаться в живых. Тёрн – никогда. Дирмас слегка позлорадствует, поиздевается морально, но убьет. И довольно быстро.
Мы оба это знали.
И мне хотелось выть от отчаяния. Но… я – боевой маг. И никогда не позволю себе такой слабости на глазах у своих врагов. Никогда.
Говорить многое не имело смысла. Тёрн знал – я бы сто раз умерла ради него. А он сто раз умер бы ради меня. Но… кто даст нам этот шанс?
А если не дадут – попробуем взять сами!
Мы пытались освободиться, пока через порог не шагнул его дерьмочество, Дирмас эн-те Арриерра…
В шикарном черном костюмчике по последней эльфийской моде, нагло улыбающийся…
– Что ж, кузен, вот мы и встретились снова…
Тёрн ответить не успел. Вместо этого влезла я:
– А тебе в тот раз мало наваляли? За добавкой пришел?
– Ёлочка, ты, как всегда, очаровательна, – удостоило меня внимания это… некоронованное чмо!
Я расплылась в улыбке.
– А от тебя, как всегда, навозом воняет. Что, денег нет, на конюшне жить приходится?
– Фи, как грубо…
– Зато по сути верно, – рыкнул Тёрн, отчаянно пытающийся освободиться от наручников.
– Кузен, а ты можешь вообще молчать. Что толку разговаривать с живым трупом…
– А, вот чего здесь так смердит! – возрадовалась я. – Дерьмас, тебя что – уже дохлым родили? Или ты в процессе жизни стух?
– У вас, людей, омерзительные манеры. Но я тебя еще воспитаю. – Дирмас сверкнул глазами.
– Ёлочка, ты же не хочешь сказать, что вот это пускают к людям? – поддержала меня Лорри.
Улыбка Дирмаса была гнусной.
– Лоррелайн ан-Астерра. Пожалуй, дорогая, вас стоит развоплотить. После того как вы полюбуетесь на беременность и роды вашей… кем вам приходится Ёлочка?
– Внучкой, – спокойно ответила Лорри.
– Неужели? И каким же образом женщина из мира техники оказалась вашей внучкой?
– Молодой человек, вы будете последним, кого я посвящу в тонкости своей родословной, – презрительно скривила призрачные губки Лорри.
– И что ты сказал про беременность и роды? – вмешался Кан. – Ёлка – моя!
– Твоя – в огороде свинья, – отрезала я. – И самое лучшее для тебя – сдохнуть самостоятельно.
Дирмас все так же улыбался.
– Кан, друг мой… она права!
А в следующий миг в комнате начался… больше всего это напоминало пожар в бардаке во время потопа.
Дирмас вскинул руки, выпуская заклинание. Я шарахнулась в сторону что есть сил. И наконец доконала чертов стул! Да здравствует дешевая мебель, которую свозят на дачи!!! Одна из ножек хрупнула, остальные тоже не выдержали – и я оказалась на полу. И постаралась перекатиться к Тёрну. Остатки стула крепко наподдали мне по заднице, я взвыла, но никто этого не заметил. В комнате творилось настоящее светопреставление!
Кан вскинул руки, стараясь активировать щит, но Дирмас ударил не в него, а в доски пола под Каном. А в следующий миг два мужских тела сплелись в схватке.
Из-за двери визжа вылетела Березка и остановилась над сцепившимися противниками, вытянув руки для заклинания. Дура! Более неудачной позиции и занять было нельзя! Но откуда ж ей знать такие тонкости! Она-то лекарь!
В следующий миг, перекатившись, мужчины сбили ее с ног.
Я добралась до супруга, и Тёрн вцепился в мои веревки. Еще бы пара секунд – и я бы оказалась свободна.
Но мы не успели. Кто-то из мужчин таки добрался до поглотителя душ.
И комнату залила черная вспышка.
Я зажмурилась, а когда смогла открыть глаза вновь, на полу неподвижно лежала Березка. Кан сплевывал кровь, а Дирмас поднял руки для последнего удара.
– Сдохни, ничтожество…
Тёрн с силой запустил в братца ножку от стула. И та крепко попала Дирмасу пониже спины.
