– Угомонись. – Малинин выхватил коммуникатор. – О, оригинал! У ученых все лучшее. Не китайская подделка, как у меня. Вижу, работу выполнили. – Торговец всучил предводителю наемников трубочку из долларов, перехваченную резинкой. – Еще дам семь таких «рулетиков» сверху, чтобы каждому хватило. Только после того, как ответите на один вопрос.
– Удружил пацанчикам. Да не базар. Че за вопрос?
– Вы тут все?
– В плане?
– Вы тут – все? Из тех, кто гасил джип.
– А тебя с какого перепугу парит? – заволновался Сиплый.
– Непонятливый. Русским языком же сказал, что семь пачек сверху накину, чтобы каждого вознаградить сполна за то, что помогли проблему решить, а вы, черти, мнетесь.
– Слышь, ты не зазнавайся.
– Ты это прибереги для школьных подвигов. Повторяю вопрос: вы все тут?
– Да все, все.
– Больше никого с вами не было?
– Не-а, базарю, че.
– Молодцы. Жора, расплатись с хлопцами.
– С удовольствием, босс, – кивнул Сковородка.
Пулемет конвульсивно задергался в руках бойца. Ревел, словно дикий зверь, что рвался из клетки на свободу. Не прошло и десяти секунд, как потоки свинца буквально раскромсали четверку наемников. Никто из них не успел даже поднять оружие.
Кон был поражен.
О таком его не предупреждали.
Жора ухмыльнулся и опустил кипящий ствол.
Все было кончено.
– Чего рот раскрыл, Кон? – Малинин похлопал парня по плечу. – Они – отбросы, что убивают за деньги. Мы оказали сталкерскому сообществу услугу. Сказать по правде, мы еще много такого мусора положим. Еще не вечер. Жора, ты прям красавчик! Четко сработал. Бери сумку и выкидывай все оружие в «растворитель».
– Стоп! Что?!
– Что слышал.
– Но это же до хрена бабла!
– Ты что, подставиться мечтаешь?! Выбросил!
– Слушаюсь.
– Комм академика Данилова – шанс наварить в хренову тучу раз больше, чем за это железо. Тут все торговые схемы старика. Левые схемы. Контакты заказчиков и покупателей. И много другой полезной информации, которая тоже имеет свою цену.
Кон за одну затяжку втянул половину сигареты.
Крышка походного холодильника примерзла. Пришлось повозиться, чтобы ее открыть.
Зверь забрал из камеры две банки пива, одну передал Лому, вальяжно сидящему на рыбацком стульчике у еле-еле пылающего костерка.
– Смотри, маску свою хмелем не загадь, – напутствовал друга Зверь, лелея в руках банку.
– Тебе только дай повод потешиться над сирым и убогим, Зверюга. Господи, братишка, каждый раз смотрю с утра в зеркало и надеюсь, что эта канитель мистическим образом исчезнет, – пригорюнился Лом. – Умом понимаю, что это невозможно, но сердцем-то! Надежда теплится, бляха-муха.
– Скажи, где «князя Пивчанского» взял? В Зоне такого днем с огнем не сыскать, а у тебя целый тайничок устроен.
– Пиво чешское, достал через Валерьевича за огромные барыши, но на хорошее пиво не грех и раскошелиться. Иначе зачем тогда бабки нужны? Молиться на них, что ли?
– Чешское пиво – моча. Немецкое – гуд-гуд. Дойчланд бир!
– Не нравится – не пей.
– За неимением альтернативы… Ты бы еще американского притаранил. Или белорусского.
Зверь проигнорировал хохмы друга и осмотрелся. Деревня оживала. Новички и матерые сталкеры разбредались по привычным местам. Немногочисленные бродяги сгруппировались у разведенного на другом краю села яркого костра. Перебранивались, шутили и смеялись. Скворчало что-то у них на огне. Пахло так аппетитно, что в носу чесалось. В кружке, что они передавали по кругу, плескалась водка. Шашлычники и Лому со Зверем предложили накачаться, но те отказались. Сослались на то, что с утра пьют только что-то легкое.
Со стороны военного блокпоста раздался стрекот пулеметных очередей.
Прекратился. Перерыв у военных. Высматривали, где спрятался нелегал.
Одна секунда, две, три.
Все повторилось.
Солдаты спугнули кого-то, кто лез в Зону.
«И что движет теми, кто сюда тащится?» – подумал Зверь и вслух спросил:
– Что меня заставило сюда сунуться?
– А? – не понял Лом.
– Я о своем.
Лис скоро должен был вернуться. На время своего отсутствия он попросил Зверя остаться за главного. Тот не отказался. Работа в деревне помогала отвлекаться от пагубных мыслей о доме, что там, за «егозой» остался. Сталкер больше времени проводил в компании новичков. Помогал молодым ребятам советом, автомат держать учил правильно, стрелять. Помимо прочего, мотался за артефактами и устраивал охоту на мутантов. В экспедициях уже не до ностальгии было.
– Парни, а можно к вам? – подошел Муха и, дождавшись одобрительного кивка, занял второй стульчик. – Спасибо.
– Пивка?
– Ух ты! Ну ты человечище, Зверюга! Спасибо, брат! А чего такой кислый, словно с утреца одни лимоны жрал? Снова грезишь о том, как домой побежишь, да?
– Именно об этом. Федьку не застал. Матюгальника нашего. С ним бы ушел, он тропинки нужные знает. Меня же он сюда и затащил.
– Найдешь ли ты себя там?
– Чего?
– В большом мире, – уточнил Муха.
Лом слушал с интересом.
– В плане?
– Ты привык к здешней жизни, много где тебя побило-покорежило, вон уже и пальца лишился. Сможешь на гражданке?
– Смогу. Бабла накопил. Три поколения гулять могут. Работать нет резона. Найти хатку, бабу – и устроился.
