— Нет! Тихо. Я знаю, все что ты сейчас хочешь, это убить меня. Не надо, Ерлин. Прости, я хотел лишь пошутить, а сказал какую-то глупость. Я обещал твоему отцу беречь тебя. Да дело даже не в обещании. На самом деле я тебя…. Ммм… Ты мне очень дорога. Все это время я ложился и просыпался с мыслью о тебе. Я был бы счастлив услышать твое согласие при других обстоятельствах. Но что я могу тебе дать сейчас? Мы едем в пустоту. Я не знаю, что будет дальше. Сможем ли мы восстановить город. В прошлый раз, с твоим братом, у нас это не получилось. Я никому бы не пожелал такого и уж тем более, человеку, которого люблю.
Последние слова, Вилберн проговорил едва слышно. Поскольку Ерлин теперь сидела тихо, молча смотря в пол, он убрал руки.
— Прости, что дал тебе надежду. Я не должен был так вольно разговаривать с тобой. Прошу, пойми меня. Или хотя бы дай мне время.
Темной осенней ночью Ерлин, Вильберн и его люди, освещая факелами дорогу возвращались домой.
