Эрилин сдалась и снова повернулась к магическому зеркалу. Галис еще что-то вещал, но интерес слушателей к нему значительно поубавился. Посетители таверны, сначала обратившиеся вслух, стали отворачиваться и возвращаться к обеду.
Изображение в зеркале отдалилось, словно кто-то поднял его над площадью. Теперь обзор стал лучше. Видимо, так Галис показывал, сколько у него сподвижников. Потом демонстрируемое действо снова начало приближаться, лицо претендента на престол появилось крупным планом, затем показали его доверенных людей, расположившихся за его спиной.
У правого плеча Галиса стоял темноволосый молодой человек в черном камзоле. Серьезное лицо, сосредоточенный взгляд, губы сжатые в одну линию.
- Эмир! - закричала Эрилин и вскочила, опрокинув стул на пол.
- Не трогай меня, - вырывалась Эрилин, пока Гэбриэл тащил ее под локоть по лестнице. - Я не хочу ждать! Там мой брат, он жив!
Гэбриэлу, наконец, удалось запихнуть ее в комнату. У принцессы бешено блестели глаза, лицо раскраснелось, она то и дело сжимала и разжимала кулаки.
Гэбриэл запер дверь и привалился к ней спиной, заранее блокируя выход, сложил руки на груди и принялся ждать. Пока Эрилин не успокоится и не возьмет себя в руки, он был не намерен ее отсюда выпускать.
- Выпусти меня, - прорычала она.
- Нет.
Эрилин запустила руку в волосы и забегала кругами по комнате, благо пространства для маневра тут было не много. Обычный гостиничный номер для путников, которые долго на одном месте не задерживаются. Две узкие односпальные кровати и крошечный столик между ними были единственной мебелью в помещении и занимали почти все свободное пространство.
Гэбриэл, молча, наблюдал за ее метаниями. Эрилин часто вела себя странно и порой несдержанно, но в таком состоянии он ее еще не видел. Она словно обезумила, увидев брата в магическом зеркале, и никак не желала успокаиваться.
Кажется, принцесса поняла, что криками ничего не добиться, поэтому она остановилась, на глазах появились слезы.
- Выпусти меня, - взмолилась она, - пожалуйста.
Гэбриэл покачал головой и ответил так же решительно, как и прежде:
- Нет.
- Ты не понимаешь! - снова взвилась Эрилин. - Я должна его увидеть! Помочь ему!
- Эр, он не в темнице, - напомнил Гэбриэл, - его не морят голодом. И выглядел он вполне здоровым.
- Его запугали! - принцесса опять забегала по комнате. - Или шантажируют! Или...
- Или он здесь по своей воле, - закончил за нее Гэбриэл.
- Нет! - ее колотило, голос срывался. - Эмир не может не знать, что нашего отца убили! И, конечно же, он не поверил, что это сделала я!
И Эрилин продолжила кружить.
- Эр, послушай меня...
Но принцесса только упрямо затрясла головой.
- Это не твой брат! Ты не понимаешь! Я ему нужна!
- Никому не нужна психопатка, - спокойно возразил Гэбриэл. - Посмотри на себя, в таком состоянии ты никому не поможешь.
Эрилин упрямо вскинула голову.
- Еще как помогу! Эмир здесь совсем один.
- Один, - согласился Гэбриэл, - и мы должны выяснить, почему Эмир здесь, по каким причинам не вернулся домой и, как так вышло, что он поддерживает Галиса.
- Не хочу ничего выяснять, - всхлипнула Эрилин, у нее стали глаза брошенного ребенка, - хочу к нему.
На нее было больно смотреть, но Гэбриэл не собирался идти на поводу у жалости. В подобном состоянии Эрилин способна наломать таких дров, что трудно представить. Принцесса уже достаточно ярко продемонстрировала свою способность влипать в неприятности.
- Эр, я не хочу, чтобы ты пострадала, и я ни за что не выпущу тебя отсюда, пока ты не успокоишься.
Теперь ее взгляд стал затравленным. Она обежала глазами комнату, снова остановилась на двери, но Гэбриэл не двигался с места, ясно давая понять, что не передумает.
Принцесса всхлипнула и плюхнулась на койку, обхватив голову руками, волосы упали на лицо, скрывая влажные дорожки на щеках.
- Уйди, пожалуйста, - придушенно попросила она.
Эрилин не была похожа на человека, которого следует оставлять без присмотра. Третий этаж, вряд ли, выскочит в окно, но все же...
- Уверена?
- Да, - она закивала, не поднимая головы, - я хочу побыть одна.
- Хорошо, - согласился Гэбриэл, оторвавшись от двери. - Но мы ничего не будем предпринимать, пока ты не успокоишься.
- Угу.
- И я запру тебя на ключ, - продолжил он.
Вот теперь принцесса вскинула голову, глаза широко распахнулись.
- Ты не можешь! Не имеешь права!
Что давало понять, что ее смирение было всего лишь уловкой, и она просто-напросто хотела отделаться от надсмотрщика и сбежать.
Гэбриэл хмыкнул. Искушение отпустить ее на все четыре стороны было велико, но не надо быть провидцем, чтобы предсказать, чем это кончится.
- Я имею на это право хотя бы потому, - медленно, с расстановкой произнес он, чтобы до нее, наконец, дошел смысл его слов, - что потом мне вытаскивать тебя из неприятностей. Тебе уже чуть было не оторвали голову, когда ты отказалась меня слушать. Я больше не хочу никого убивать, чтобы вытащить тебя.
Эрилин вспыхнула, обиженно поджала дрожащие губы, а потом резко забралась на постель прямо с ногами и отвернулась к стене.
- Уходи, - придушенно пробормотала она.
