– Я никого не искал. Он нашелся сам. И очень кстати. Без поддержки его воинов кротолюды захватят Исфатею. Поддерживать же ему нас, после того как этот мерзавец северянин похитил кристалл Калиместиара и удрал из города, совершенно незачем. Ты – единственное, что может заставить Донгама драться с кротолюдами. Это, надеюсь, тебе понятно?
– Отец, ты звал меня? – спросила принцесса Чаг, входя в комнату.
– Да. – Бергол покосился на Батигар, намереваясь отослать ее, но передумал и перевел взгляд на старшую дочь: – Я посылал за тобой, чтобы поручить тебе важное и трудное дело.
– Слушаю, отец.
– Я хочу, чтобы ты догнала Мгала-разрушителя и вернула в Исфатею кристалл Калиместиара. Хитростью или силой, ты должна добыть его для меня. Если он окажется в моих руках, кротолюды, опасаясь, что я продам его Белым Братьям, уберутся в недра Гангози и не посмеют донимать нас своими ни с чем не сообразными требованиями. Мастер Донгам умерит свою спесь, а твоя сестра, – он указал на Батигар, – получит возможность выбрать себе мужа по вкусу.
– Ты посылаешь ее на верную смерть! Ты видел, во что северянин превратил твою тюрьму? А восточные городские ворота? Захватив в нашем родовом святилище Жезл Силы, он стал непобедимым! – горячо заговорила Батигар.
– Ну, это мы еще посмотрим! – хмуро произнесла Чаг, расправляя широкие плечи. Старшая дочь Бергола не разбиралась в ювелирных украшениях, не интересовалась ухищрениями портновского искусства, плохо владела грамотой, но в бою на мечах стоила двух, а то и трех хорошо обученных воинов. Она мало походила на принцессу: не подкрашивала лица, не играла на скейре, но могла затравить оленя, набить из лука жирных болотных крякв и даже выйти на волка-отшельника с одним ножом. Мужская прическа, грубые черты загорелого и обветренного лица, мозолистые от постоянных упражнений с оружием руки и твердый взгляд серых глаз – все это подтверждало, что слова ее не были пустой похвальбой.
– Я дам ей пятьдесят гвардейцев и лучших лошадей. Больше выделить не могу – кротолюды и так уже уничтожили несколько наших разъездов и, того и гляди, попытаются ворваться в город. Пятьдесят воинов против троих оборванцев – это не так уж плохо.
– Но почему их должна вести Чаг? Мало, что ли, у тебя командиров? – воскликнула Батигар в негодовании. – Неужели, кроме наследницы престола, тебе некого послать в погоню?
– Разве что тебя. Нет, и тебе бы я этого дела не доверил. Человек, завладевший кристаллом, скорее всего не вернется в Исфатею. Он продаст его Черным Магам или Белым Братьям. Только на Чаг я могу положиться, как на самого себя.
– Спасибо за доверие, отец. Я верну тебе этот кристалл. Хотя не понимаю, почему из-за его пропажи поднялось столько шума, зачем он всем так понадобился.
– Ты не только позволил унести кристалл из-под самого своего носа, но и упустил похитителей. За время моей вынужденной отлучки ты не исправил ошибку, а лишь усугубил свою вину. Загладить эти просчеты можно единственным способом – догнать северянина и отнять у него кристалл Калиместиара вместе с Жезлом Силы. Они должны принадлежать Белому Братству. Сокровища Маронды не должны достаться никому другому. – Голос Донгама был, по обыкновению, бесстрастным, но его собеседник давно знал говорившего и не мог не заметить угрозы, таившейся в словах мастера Белого Братства.
– Мои люди ищут следы похитителей. Получив известия об их местонахождении, я тотчас покину Исфатею. Должен ли я, завладев кристаллом, вернуться сюда, или у вас есть на этот счет другие распоряжения? – спросил собеседник Донгама – высокий мужчина с длинным и узким, как нож, лицом – и, помедлив, добавил: – Должен ли я убить похитителя, или он нужен вам живым?
– Убей Мгала и его спутников. Здесь у меня хватит забот и без них. Тебе незачем возвращаться в Исфатею. Добыв кристалл, ты направишься на северо-восток и передашь его протектору Норгона – консулу Лотару. А чтобы ты смог успешно избежать досадных случайностей и недоразумений, тебя будет сопровождать Уиф с десятью арбалетчиками. – Донгам щелкнул пальцами, и из-за портьеры появился приземистый широкоплечий крепыш с очень короткими ногами и мощными, свисавшими едва ли не до колен руками.
– Уиф, это Заруг. С ним и его людьми тебе предстоит догнать и убить похитителей кристалла.
– Будет исполнено, мастер Донгам, – прохрипел обезьяноподобный коротышка и принялся беззастенчиво разглядывать своего будущего спутника.
– Значит ли это, что я поступаю под команду Уифа? – холодно поинтересовался Заруг, стараясь, чтобы голос его звучал так же равнодушно, как голос Донгама.
– Нет. Ты поведешь отряд и будешь действовать по собственному усмотрению. Уиф вмешается, только если у тебя опять что-нибудь не заладится. Например, если спутники Мгала всадят в тебя еще одну стрелу.
Заруг невольно коснулся рукой груди, того места, куда, прорвав кольчугу, ударила роковая стрела, помешавшая ему схватить северянина.
