Оказывается, из дворца, через подземелья и скалу, существует секретный проход в закрытую долину неподалеку. В этой долине скрывается, то, что изобрел отец принцессы, и то, что ее дядя принимает за оружие. Сама Юки смутно помнит, что там и как, вроде отец ее что-то делал и спрашивал у дочери, хочет ли та увидеть весну.
Пылая энтузиазмом, маленький отряд устремляется по подземному туннелю в долину.
Принцесса, Сандаю, шиноби из Конохи и съемочная группа с режиссером. Последние двигались всю ночь, чтобы успеть и теперь горят энтузиазмом и готовностью снимать. Интересно, атакуй мы ночью -- они бы попросили переснять атаку на замок? У дяди режиссера в кепке уже явно все распланировано, вон что-то затирает Гаю, а тот сверкает зубами и кивает в ответ.
Что-то не привлекает меня этот подземный ход, лучше слетаю так, своим ходом.
Невидимость. Взлет. Столица за спиной, замок слева, курс на долину с огромными отвесными, зеркально гладкими ледовыми стенами. Приметный ориентир, да и горы тут далеко не Гималаи, так что искомое находится быстро. Когда уже подлетаю, один из склонов разлетается кусками льда, гранита и мерзлой земли, заставляя сердце екнуть.
Из пролома шустрым живчиком выскакивает толстый дядька, Дото, в чакроброне, серебристо-серого оттенка, на плечо закинута Коюки. Дото бежит, грузный, массивный и быстрый, на ходу срывая с шеи Коюки ключ, бежит к центру долины, где посреди гладкого ледового зеркала торчит скала.
Из пролома вихрем вылетает Рок Ли и мчится, вслед за Дото, весь такой сосредоточенный.
За ним вылезают операторы, сжимая камеры, и рысцой трусят вслед, подгоняемые режиссером. От сердца сразу отлегает, раз съемочная группа выжила, значит и остальные живы. Какаши успел среагировать или еще что, но живы.
Ага, вон, выбираются, Гай, Какаши и за ними злой Нейджи и помятая, хмурая Тен-Тен.
Ледовый цирк, огромные вертикальные стены, камни, снег и мы.
Драматическая финальная сцена, коварный главный злодей похитил принцессу, а рыцарь в зеленых трениках примчался ее спасать. Ой-вэй, прямо хочется запищать от восторга! Операторы снимают в четыре камеры, сзади молчаливый режиссер с рупором. Собственно, все молчат, только камеры легко стрекочут, совершенно не сбивая драматизма и накала сцены. Казахана Дото, кряжистый, крупный, в броне выглядит еще массивнее. Коюки в его руках больше напоминает куклу, так небрежно он ее держит, так мелко она выглядит рядом с Дото.
-- Я -- благородный зеленый зверь Конохи! - объявляет Рок Ли.
Да, рыцарь в зеленых трениках выбран правильно.
Гаю и Ли только и сниматься в кино, улыбка белоснежная, пафос нужного накала, слова и позы правильные. Вот и сейчас Ли стоит в излюбленной боевой стойке, левая рука заведена за спину, правая протянута в сторону врага (именно в такой позе он потом и был изображен на афишах, с Коюки на заднем фоне, как будто прижимающейся к Року).
-- Отпусти принцессу и сдавайся!
-- Никогда! - рявкает Казахана Дото.
То ли в роль вошел, то ли ему терять уже нечего. Или рассчитывает одолеть Ли и свалить? Меня не видит, да и нет у меня хитайате, съемочная группа -- люди, так что на пути Дото стоит только Ли. Ну, это я знаю, что где-то рядом в засаде утирает слезы радости Майто Гай и внимательно смотрит шаринганом Какаши, а вот правитель страны Снега не знает, не знает.
Думает, что всех завалил в том туннеле, наивный чукотский Даймё.
-- Тогда, во имя Силы Юности я повергну тебя и верну радость жителям страны!
Я ж говорю, прирожденный актер. Текста нет, а шпарит, как по сценарию.
-- Ахаха! - вот, у Дото правильный злобный смех, густой, насыщенный.
В его руке сорванный шеи Коюки ключ -- кристалл, а скала в центре озера внезапно оказывается бутафорской маскировкой для пульта управления. Дото радостно тычет кристаллом в пульт. Упппс, ключ не подходит, все-таки не совсем точную реплику в Конохе сделали.
Пока Дото озадаченно пытается понять, где его обманули, Рок Ли пафосно открывает Врата и рвется в бой.
Опыт сражения с шиноби в чакроброне у него уже есть, так что Казахана Дото можно сказать, заранее проигрывает. В фильме, если этот эпизод появится, надо будет крутить в режиме "слоу-мо", ибо зрители просто нихрена не поймут. Даже мы, видящие вживую, не улавливаем ничего, кроме зеленого вихря, крутящегося вокруг Дото. Град неразличимых глазом ударов кидает и швыряет правителя, и, когда Дото все-таки раскрывается, следует закономерный итог.
-- Карающий кулак Конохи! - и чакронакопитель пробит.
Взрыв коптит часть ледовой стенки, куда улетает после удара уже бывший Даймё страны Снега.
-- Принцесса! - подлетает к упавшей Коюки Ли.
-- О, мой герой! - Юки обвивает его шею и смачно, с засосом целует.
Рок Ли и без того красный от техники Врат, но кадр шикарен, да.
Не показывать, как он Врата открывал, и все, каждый подумает, что Ли от поцелуя покраснел до кончиков волос. Собственно, он бы и покраснел, случись такое в жизни, и может даже сознание бы потерял от прилива крови не туда. Но под Вратами Ли устойчив, так что все обходится.
Оглядываюсь. Режиссер доволен, как будто сам попал под глубокий поцелуй.
