На увеличенной голограмме появилось изображение небольшого помещения, плохо различимого из-за клубов сероватого дыма заполнявших комнату. Безымянный сумел разглядеть многочисленные кристаллические конструкции – их были десятки, если не сотни – всевозможных форм и размеров. Они покоились в стенных нишах в своеобразном, не лишенным некой внутренней симметрии порядке. Так же в комнате находилось несколько рабочих столов со встроенными проекторами, пара портативных криогенных камер и какие-то ещё технические агрегаты. Возле одного из столов лежало тело мужчины-техника застреленного в спину. Рядом с ним, сидя на стуле и склонившись к кристаллу, словно любуясь его строением, находился конфедерат в желтых, свободных одеждах. Позади него стоял, притопывая от нетерпения, страж с пульсаром наперевес.
– Помоги нам предки, – тихо прошептала А`Ани, с ужасом вглядываясь в ссутулившуюся фигуру. – Криптограф!
Вновь белесая рябь поколебала изображения тысяч сот-экранов; вновь послышался непонятный треск – но уже значительно громче; опять дрожь сотрясла Сферу Контроля – только куда как чувствительнее. Женщина-техник с побелевшим лицом отпрянула от голограммы.
– Скорее, – хриплым от волнения голосом проговорило она. – Мы должны немедленно уходить, иначе…
Её последние слова потонули в громоподобном грохоте, обрушившемся со всех сторон. Дрожь Сферы обратилась в яростное, непрерывное сотрясение – и Безымянный, и А`Ани не устояв на ногах, рухнули на пол. Мужчина тут же постарался вновь выпрямиться, но это ему не удалось: череда сильнейших толчков и последовавшая за ними волна вибраций не давали возможности подняться. Экраны – вначале всего один-два, а затем всё большее и большее их количество – стали взрываться, разбрасывая волны жара, искр и осколков стекла во все стороны. Александер приподнял голову: чуть поодаль от него женщина-техник, извиваясь по-змеиному, ползла к выходу из Зала. Повинуясь её примеру, он тоже стал подвигаться вперед.
Когда да спасительной двери на лестницу оставалось уже всего ничего – А`Ани почти полностью выбралась наружу, а Безымянному оставалось одолеть не более полутора метров, – со всех сторон обрушился неправдоподобно громкий треск, переходящий в рокот. Остававшиеся неповрежденными экраны взорвались одномоментно, а затем Сфера управления зашлась в последнем и самом мощном приступе вибраций. После чего на миг замерла и тут же рухнула вниз увлекая за собой находящихся в ней людей.
– Здесь, – кон Александер резким жестом вскинул руку и указал на ближайшую стену. – Он здесь.
Гермаген сделал несколько шагов в сторону, прислонившись к противоположной стене, дабы обезопасить тыл, нацелил разрядник прямо на стену перед собой, точно собирался атаковать равнодушный камень и, согнув ноги в коленях, приготовился к финальному рывку этого дурацкого рейда.
– Не спеши, – Серапис задумчиво провёл рукой по бородке глядя на приготовления друга. – Сперва вызови сюда кого-нибудь ещё. Чувствую, нам понадобятся люди.
– Что, – в голосе гроссмейстера чувствовалось отчаянное веселье, – перестал доверять мне?
– Не говори ерунды, – отмахнулся ваятель. – Но у тебя и без "Козлёночка" есть дела.
– Какие ещё в Бездну, дела? – растерянно переспросил он.
– Уже забыл про фассора? – тонко улыбнувшись, удивился Серапис. – Или надеешься, что к тому времени как мы здесь закончим, его уже кто-нибудь оприходует?
– Тьфу ты, – раздраженно отозвался гроссмейстер. – Я ведь и впрямь совсем забыл про эту крысу!
– Охотно верю! Но ничего не поделаешь, дружище. Суффо, к сожалению, уже не раз доказывал свою ценность, и мы не можем просто так от него избавится.
– Ладно, – раздражением в тоне гроссмейстера можно было оттачивать мономолекуляры. – Я понял, можешь не разоряться. Мне придется потихоньку доставить его в инстайт. Дьяволы и бесы, Серапис, знал бы ты, как я ненавижу ту ихнюю дыру! А их долбаные сайбиары – это вообще кошмар! Так и тянет разнести всё то тараканье гнездо…
– Успеется, – равнодушно пожал плечами ваятель. – Суффо и его зверушки не всегда будут полезны. Рано или поздно наш союз утратит свою актуальность и тогда ты сможешь позабавится вволю.
– Но это потом, – не меняя выражения, подвёл итого гроссмейстер. – Сейчас вызови кого-нибудь из бойцов. Нужно закончить здешнюю работу.
– Павилоса? – скорее утвердительно, чем вопросительно, уточнил гроссмейстер.
– Павилоса, так Павилоса. Тебе виднее, – он же, твой человек, ты и решай.
– Значит его, – кивнув сам себе, проворчал Гермаген. – Из всей прочей падали – он воняет меньше всех.
