Так повелось издревле. Хоттолы всегда были особым местом, заповедным, местом, куда стекались слухи и домыслы, где собирались самые странные, отверженные повсюду существа, местом, где возможно было практически всё. Даже Конфедерация, железной рукой правившая на всей Терре, не решалась оспаривать древней свободы хоттолов. И не раз случалось, что в благословенных стенах этих последних оплотов воли находили себе убежища смертники и приговоренные всех мастей и рас и жили себе припеваючи, ничего и никого не боясь… до тех пор, пока хватало денег расплачиваться с хозяином. А ещё хоттолы были местом, куда обращались за помощью те, кто не смел делать этого в открытую. Как правило, они просили о совершенно незаконных вещах, но изредка случалось, что люди просто не хотели связываться с Конфедерацией и искали правды у хоттоловых наёмников.
– С другой стороны, – неожиданно улыбнувшись и расправив плечи, проговорил Гаргарон, – я перевидал немало народу и научился понимать в них. Ты не подсыл, – выдал он свой приговор после недолгого размышления. – Скорее всего, ты действительно ищешь работу, и я могу тебе предложить пару контрактов из тех, что посерьезней. Но послушай мой совет: не лезь ты, парень, в это болото. Я же вижу: твоя душа ещё не очерствела, не извелась. Иди лучше в какой-нибудь клан. Не гневи Предвечного, не связывайся ты с той поганью, что у нас обретается.
– Благодарю за совет, – искренне ответил Безымянный, – и думаю, что так и поступлю. Но для начала мне всё же нужны деньги. И я надеюсь их раздобыть с твоей помощью, но если ты не хочешь…
– Да ладно тебе, – махнул рукой Гаргарон, – не кипятись! Чего-нибудь мы тебе подберём, из того, что почище. Например, есть у меня одно дельце на примете, не особо пыльное…
– Нет, – возразил Безымянный. – Мне нужен "куш".
– Ты серьезно? – удивленно проговорил хоттолен.
– Нда, парень, – ошеломленно протянул Гаргарон после весьма продолжительного молчания. – Не зря говорят, что вы, коны, все на голову больные. Вы только подумайте: без году неделя как из-за Барьера выбрался, а опять туда же лезет. Чего, так не терпится живой шкурой на сковородку улечься? Ну да ладно. Удивил ты меня, парень, право слово, удивил! Ну так и я тебя удивлю, слушай: есть один такой заказ. Особый! – заговорщицки понизив голос, прошептал Гаргарон. – Да вот не знаю, в силе ли он ещё? Уж с полгода прошло, как его доставили. С другой стороны, – хоттолен развёл руками, – отказа тоже не было. Так что, может, и срастется у тебя что-нибудь. Только…
Гигант, потупился и принялся выстукивать пальцами нервную, лишенную всякого ритма дробь по столу, будто обдумывая – а стоит ли продолжать? Наконец он решился:
– Знаешь, приятель, я тебе врать не стану, мне – если найду подходящего человека – обещан неплохой навар! Вот только, видит Предвечный, не советовал бы я тебе браться за это дело. Мутное оно, гнильцой за версту отдаёт, почище, чем на болотах у Камня, так-то! Нюхом чую – гибельное оно, это дельце, а мой нюх меня ещё ни разу не подводил, верю ему – оттого и брожу ещё по свету!
– И в чем оно заключается? – подчеркнуто ровным голосом спросил Безымянный.
– Не знаю, – нахмурившись и потерев впадину меж бровей своим больше похожим на сардельку пальцем, пробасил хотоллен. – То-то и оно – не знаю! И от кого заказ пришел – тоже. А это уж вообще ни в какие ворота! Значит, так, давай я тебе выложу все как есть, а уж ты сам решай – что к чему. Было это, как я и сказал, с полгода назад, как раз перед первым снегопадом, пришел ко мне паренёк один – Филином кличут, а как его на самом деле зовут – не знаю, да и не надо оно мне! Филин обычно на всяких странных – тех, что не особо любят на глазах мельтешить, на Чёрных, хымыков, иногда на Серых Подземщиков, – в общем, на тех, кто вне закона на большой земле, работает. Заказы их по хоттолам разносит, выполняет мелкие поручения – прихлёба, одним словом. Но сам он не из них, просто надо ж как-то парню на хлеб зарабатывать! Ну вот, пришел он и говорит: "Есть дело". А сам трясётся весь и по сторонам зыркает, будто боится чего… Знаешь, он мне иногда такие заказы передавал – кровь стынет! – но ни разу я его таким не видал, он только что зубами не щелкал от страха и не подвывал… Во-от, сказал он, что есть дело, и раз – руку в карман. Достаёт какую-то тряпочку и протягивает мне. Я ему: "На кой она мне сдалась, мол"? А он: "Внутрь глянь!" Разворачиваю, а там… Погоди!
– Я сейчас, – бросил он уж откуда-то из коридора. – Погоди!
И впрямь, не успел ещё Безымянный как следует приступить к трапезе, а Гаргарон уже возник на пороге комнаты. Быстро приблизившись к столу и опустившись на стул, встретивший его седалище протяжным скрипом, он, через столешницу, протянул сжатую в кулак руку к путнику и раскрыл ладонь.
– Какая прелесть! – воскликнул Ноби со своего насеста.
