— Можешь зыркать на меня сколько душе угодно, Ди, — чтец насмешливо осклабился, — только не говори, что сам не ломал голову, гадая, что к чему! И не говори, что не костерил себя за этот перевод! Бездна, Дани, неужели же после всех этих лет в «семерке» это, — он презрительно обвёл руками окрестности, — всё, чего мы заслужили? Быть собачками на побегушках? Тьфу! Мы — порубежники! Мы, траханых сорок лет провели у врат ада, а теперь — носим «тапочки» для начальников, я…
— Хочешь сказать всё это Сволочи? — ухмыльнувшись, точно мальчишка, поинтересовался Дани. — Или Серапису? Давай, вперёд! Я лично провожу тебя к ним, если ты решишься.
— Я не про то, — скривился чтец.
— Конечно, нет, — согласился Павилос. — Ты всего лишь решил вывалить на меня своё скверное настроение. И не отнекивайся, — видя, что Китен порывается возразить, остановил чтеца сержант. — Ты вечно ноешь перед «сковородкой», но ты же первым и лезешь в самый её центр. Только со мной эти фокусы не пройдут, Толик! Они уже сорок лет не проходят, с той заварушки у Синбата.
— Я ничего не… — всё ж таки попытался влезть с оправданием Китен, но Дани не позволил.
— А если ты скажешь ещё хоть одно слово, — «сладким», точно желчь ползуна, голосом, проворковал Павилос, — я отправлю тебя в гарнизон. Тренировать новичков.
Угроза подействовала! Китен смолк и целую минуту морщился и строил всевозможные гримасы выражая свой ужас пред возможным наказанием.
Но долго молчать чтец не мог — просто это противоречило самой его природе. Как говаривали в старой ладони Дани: «Проще заставить молчать куртизанку, чем Китена». Как всегда при воспоминании о парнях из «семерки», настроение Дани резко ухудшилось.
— Тебе хоть сказали, что там? — решив сменить тему, чтец ткнул рукой вниз.
— Не больше, чем всем остальным, — через силу отозвался Павилос. Как же ему надоел этот бессмысленный разговор! Но и отделаться от Китена общими фразами — этого он тоже не мог. Друзей у него всегда было немного — а теперь, после Мууша и перевода на новое место службы, стало ещё меньше — и разбрасываться оставшимися просто из-за дурного настроения — до такой глупости Дани ещё не дожил. — Сказали, что там сборище какой-то секты, возомнившей себя то ли новыми техниками, то ли ещё кем. И всё. Вряд ли они окажут какое-то серьёзное сопротивление.
— Конечно, — саркастично отозвался чтец, как и всегда видевший во всём исключительно тёмную сторону. — А запредельщик там у них грузчиком подрабатывает. Ха!
— Кто знает, что творится в мозгах у таких парней? — насколько возможно нейтрально, отозвался Дани. — Может, он решил прибиться к этим ребятам, может — просто выполняет для них какую-то работу — есть-то всем хочется.
Толик покачал головой.
— Я не про то, Ди.
«Как будто я не понимаю!» — мысленно прошептал сержант, но вслух ничего не произнес — не было смысла. Они оба прекрасно понимали, что люди, прошедшие безжалостную школу Тартра, не станут просто так стоять в сторонке и тихонько ждать, когда на них ведется охота. Так что ни о каком отсутствии серьезного сопротивления не может быть и речи. Будет бой или, скорее всего, бойня. В конце судьба не упустит шанса подгадить — уж в этом-то Дани не сомневался! Пятерых запредельщиков, схваченных ранее, удалось взять без особого шума, за исключением одного — невысокого чинианца, устроившего настоящую схватку с конами подстерегшими того на выходе из хоттола в Сарте, на границе филиалов. Он отбивался с такой яростью и таким мастерством, что восемь из десяти бравших его бойцов вынуждены были по возвращении обратиться к целителям. И одним из этих восьми оказался Китен.
— Что бы там внизу ни было, Толик, главное — не лезть на рожон, — улыбнувшись, повторил Дани известную каждому ветерану истину. — Не будешь высовываться, глядишь, целители в этот раз и не понадобятся.
Китен скривился. Он был простым парнем и отлично понимал разницу между потасовкой на городской улочке и операцией такого масштаба, что осуществлялась сейчас.
— Может, ты меня ещё и на бабу залезать учить будешь, Ди? — уныло вопросил он и тут же рассмеялся. — Не волнуйся, мас, всё будет в порядке!
Протяжный рев тревожной сигнализации, — знакомый по точно такому же вою в инстайте 212, — застал Безымянного посреди лестницы, ведущей на восьмой этаж, где находилась его комната. После обильного завтрака и тёплого, успокаивающего душа он решил позволить себе расслабиться и соснуть пару часиков — ведь кто знает, когда в ближайшее время выдастся возможность вот так просто отдохнуть и побездельничать, не заботясь о том, что ждет впереди? Но этот рев… Безымянный круто развернулся и торопливо направился вниз.
— Ну что опять? — недовольно пропищал Ноби, являя миру свою недовольную мордашку. — Я только-только лёг поспать…
Безымянный на ходу обернулся к приятелю.
— Не знаю, — обеспокоено, хотя и стараясь не показывать этой своей взволнованности, проговорил человек. — Но наверняка ничего хорошего.
— Вот всегда так, — жалобно и протяжно заскулил бес. — Стоит немного расслабиться, как случается что-то плохое. Это всё ты!
