Внезапно он вскочил и неуклюже и дергано бросился куда-то в бок. Через мгновение в голову его с треском вошёл железный посланник смерти, отправленный не дрогнущей рукой. Ещё раньше, чем затих треск, обладатель этой руки вырвался из-за недалёкой, высокой кочки и через мгновение уже лежал с перерезанным горлом у моих ног. Но, до назначенного мной финала, было ещё далеко. Не давая ни секунды для ответных действий своим предполагаемым врагам, я буквально взорвал это несколько секунд назад оставшееся сиротой болото. Вокруг нас с Элати расправил свои беспощадные крылья злой ураган. Я привёл в действие все Пути, до которых только смог дотянуться, а это было много, очень много. Из-под возмущённых трясин вырывались на свет огромные кусты бледно-зелёных водорослей, создавая дикий хоровод, с бешено орущими обитателями болот, так неудачно выбравших это место для сна. Рядом с ними кружили большие и маленькие деревья, сталкиваясь, ломая стволы и ветки. После того, как я вырывал их, у меня было несколько драгоценных секунд до того, как их Путь окончательно угаснет, и я старался выжать из этих секунд всё. Я превращал всё окружавшее меня на сотни метров пространство в не слишком густую кашу, на которой уже не было никакого подобия на дороги. Огромным усердием мне удалось оставить одну узенькую тропинку для отступления. Но, не зная о её наличии заранее, найти её было нереально. Ни выжить в этом смертельном водовороте, ни убежать от него было невозможно. Пожалуй, ещё никогда я не делал ничего более колоссального и сложного по исполнению. У меня даже хватило чуть-чуть времени для капли гордости за своё искусство. Помимо, как я рассчитывал, большинства врагов, я похоронил здесь и бывшего Хозяина болота (теперь я уже не мог звать своего дважды спасителя по иному). Мне показалось, ему было бы приятно внести свою лепту даже после смерти.
Наконец я решил заканчивать своё выступление. Сигналом к этому послужило не столько удовлетворение совершённым, сколько осознание того, что и мои силы, увы, не бесконечны. Последний раз яростно дёрнув Пути, я весело посмотрел на Элати. У ангела было слишком спокойное лицо и нервно подрагивающие кончики крыльев.
— Рвём, крылатая, надо дотерпеть, — с этими словами я буквально слетел с места, и плохо, но, настойчиво подражая ветру, поспешил по оставленной мной тропинке. Леди из последних, непонятно почему ещё не потраченных сил устремилась за мной.
По тяжёлой, но все же уходящей назад дороге я, насколько позволяли мне ускользающие остатки сил, продолжал разрывать бедное болото на части, не решаясь дать Ордену Теней хотя бы подобие шанса. Может, это было и лишнее, но так или иначе до конца наших прямолинейных скитаний по болотам адепты теней больше не нарушали сосредоточенность нашего движения.
Указанного движения у нас было предостаточно ещё в течение пары часов, а по их прошествии в самом разгаре полуласкового утра мы, наконец, поставили свои кричащие от усталости ноги на более-менее твёрдую землю. Элати сразу же упала на неё уставшим от жизни листом, намереваясь видимо остаться здесь, даже если вокруг соберётся весь Орден Теней и начнёт цинично оскорблять столь любимое каждым ангелом Великое Небо.
Однако, несмотря на все её мольбы и проклятия, я буквально тащил леди за собой ещё около получаса до единственного в округе места, которому мог доверять. Это была маленькая пещерка под холмом, скрытая от посторонних глаз высокой травой и камнями. Последним рывком Элати забросила в неё своё обессилившее тело и тут же заснула на холодной, жёсткой земле. Я заставил себя задвинуть большим камнем вход в пещеру, а после упал рядом с ангелом, погрузившись в долгожданный сон, навряд ли медленнее её.
Вырвались мы из объятий сновидений только поздним вечером, причём я проснулся даже позже Элати. Когда я вывалился из нашего временного убежища, она яростно чистила сорванной травой свои давно потерявшие былой блеск крылья от многочисленной грязи, прилипшей во время бегства по болотам. Получалось плохо, но леди не сдавалась.
— Выспалась, — я потянулся, оглядывая ещё немного одариваемые светом окрестности.
Жрица оторвалась от своего видимо уже надоевшего занятия и посмотрела на меня злыми, усталыми глазами. Несколько секунд она порывалась что-то сказать, но потом отвернулась и молча рухнула в благосклонно принявшую её невысокую траву.
— Ничего, крылатая, я знаю в здешних местах пару водоёмов, — я ободряюще подмигнул немного оживившемуся при этих словах ангелу. — Они, правда, не слишком большие и чистые, но для наших скромных нужд вполне сойдут.
Элати слишком легко поднялась на ноги для того, чтобы я поверил во вновь вернувшиеся к ней силы.
— Извини, леди, ночью я идти уже не рискну, — этот аспект, пожалуй, останавливал меня гораздо больше, чем до смерти уставший ангел, — пойдём завтра на рассвете. А пока отдыхай, силы, скорее всего, пригодятся нам раньше, чем хотелось бы.
Элати громко застонала сквозь зубы, но вновь покорно повалилась на траву, решив, видимо, целенаправленно следовать моему совету.
