Ах, мы будем на открытой террасе, пусть и наедине, но в общественном месте. Что же, моей репутации в таком случае ничего не угрожает. И потом, любимое вино… Интересно, о каком вине речь? О том сливовом, которое мы распробовали на музыкальном вечере у Тормундов, или о шампанском, которое с первого же бокала ударило мне в голову на опере, и я прохихикала весь второй акт?
Я заинтригованно кивнула, подхватила книжку и вышла из-за стола. Мистер Аштон любезно предложил свой локоть, но я сделала вид, что не заметила. Почему-то каждое его прикосновение сегодня давалось мне очень, очень тяжело.
На террасе действительно было удобно. На уютных плетеных креслах лежали пушистые шерстяные пледы. Вечер выдался теплым, но я все равно закуталась в шерстяное полотно, словно отгораживаясь от предстоящей беседы. На столике между креслами стояла ваза с нарезанными фруктами, два бокала и бутылка вина. Я отложила книгу и села в кресло: удобнее, чем на скамье в таверне.
Мистер Аштон налил вино и протянул бокал. Поблагодарив, я сделала маленький глоток. Сливовое! Взглянув на Теодора, заметила, что он следил за моей реакцией. Он улыбнулся, и тепло разлилось в моей груди. Теодор занял соседнее кресло, пока я отпила еще.
Мы молчали, ветер шелестел остатками листьев на усталых деревьях. Закат был действительно великолепен, раскрашивая небо в невероятно яркие оттенки – от густого фиолетового до ярко-оранжевого. Солнце медленно садилось за горные пики вдали, контрастно очерчивая горизонт. Скоро увижу эти горы, даже если только через окно кареты.
– Хорошая книга? – Теодор вертел в руках томик Мари Дипьюи, который я принесла. – Выглядит потрепанной.
– Хорошая. – Я глотнула вина. Соберись, Элионор, ты должна спросить его о том злосчастном утре!
– Интересный сюжет? – Мистер Аштон аккуратно положил книгу на стол, нежно провел ладонью по обложке. На его безымянном пальце загадочно блеснул перстень с черным камнем.
– Вполне. – Я сделала еще глоток. Сюжет как сюжет. Приключения, страдания, разочарование, предательство и любовь. Все закончится свадьбой. Да не важно! Как мне начать этот разговор? Как? Как?!
Теодор помолчал. Я снова отпила из бокала, и сладкие нотки сливы напомнили о музыкальном салоне у Тормундов. В центре большой музыкальной залы в их роскошном доме стоял дорогой рояль, а собравшихся гостей рассадили вокруг инструмента на жестковатых деревянных стульях с бархатной обивкой сиденья и спинки. Приглашенные музыканты, а их было трое, по очереди играли классические композиции, и два раза играли дуэтом. Мне нравилась музыка, и играли прекрасно, но все-таки я заскучала, ровно до тех пор, пока не появился Теодор. Он опоздал на первые три композиции и всю четвертую простоял возле колонны далеко за стульями вместе с остальными припозднившимися. В перерыве предложил мне сливового вина, и оно показалось самым вкусным на свете. После перерыва распорядитель представил восходящую звезду музыкальной сцены – леди Тормунд. Когда она заиграла, стало очевидно, что звездой себя считает лишь она, но приглашенным гостям необходимо было сохранить лицо. Мы с Теодором сделали ошибку, усевшись на стулья после перерыва, потому что теперь оказались в западне. Слушать это было еще большей пыткой, чем сидеть на жестких стульях, но уйти было бы позором. Я вздыхала, ерзала и уже готова была сдаться, но тут пальцы Теодора дотронулись до моей ладони, незаметно, совсем чуть-чуть. Я взглянула на него: он сидел с совершенно невозмутимым лицом, почти каменным, на нем застыло благоговейное восхищение музыкой. Я прыснула, кто-то обернулся, и я смущенно опустила голову. Пальцы Теодора гладили мою ладонь, нежно и трепетно, почти на грани приличия, и я перестала слышать эту ужасную музыку, а привкус сливового вина остался в памяти так же, как и нежное прикосновение его руки.
– Интересно, что сейчас играют в салоне леди Тормунд? – пробормотала я.
– Не желаю знать, – усмехнулся Теодор. – Только этот напиток спас мой слух в тот вечер. Напиток и ваша компания, мисс Элионор, – тепло и тихо сказал он, и мои руки покрылись мурашками.
Я кротко улыбнулась, отставила бокал и подошла к перилам, взглянула на закатные темные холмы. Шаги Теодора раздались за спиной. И я решилась.
– Мистер Аштон, – начала я, и голос оборвался.
– Да, мисс Маклейн, – отозвался он, внимательно заглядывая мне в глаза.
Я отвернулась и снова вгляделась в холмы.
– Изабелла недавно проговорилась, что пять лет назад вы сделали кому-то предложение, но вам отказали. И, учитывая, что мисс Николь ответила вам согласием, это была не она… – пробормотала я.
– Вы сейчас шутите, мисс Маклейн? Это такая жестокая игра? – тихо и зло сказал Теодор. Я взглянула на него, и он отвернулся, хмуро уставился в закат.
– Не шучу, – прошептала я. – Кому вы сделали предложение?
– Вам, кому еще?!
– Что? Нет, это какая-то ошибка! – Сердце стучало где-то в горле, голова закружилась, и это не от вина. – Этого не может быть.
Я отошла от балкона, прошлась по террасе. Мистер Аштон последовал за мной.
