– Это не ошибка, мисс Маклейн. Я пришел в дом, который вы снимали в Аркендолле, на Хэмиш драйв. Вы еще спали, как мне сказал лорд Маклейн. Я задал ему вопрос, и он ответил, что его дочь, будущая леди, никогда не свяжет себя такими прочными узами с простолюдином. Он убедил меня, что знает о ваших чувствах и не раз с вами это обсуждал, для вас все это было лишь игрой, что вы никак не могли рассматривать этот флирт всерьез. И, учитывая мои магические способности и вытекающие из этого особенности брачного контракта… Он выставил меня за дверь, мисс Маклейн, – выпалил Теодор.
Я сжимала кулаками плед. Не может быть! Нет, этого не может быть!
– Когда я увидел вас на балу графини, очень удивился, ведь ваш отец сказал, что вы уезжаете. И то, как вы расстроились, невозможно разозлило меня. Вы играли со мной целый месяц, и, несмотря на утренний отказ, все еще желали продолжения. Я был в ярости! – Он отпил вина и звонко поставил бокал на столик.
Я оглянулась на этот звук и встретилась с пронзительным взглядом зеленых глаз.
– Играла?… Нет. Это невозможно. Папа бы так не поступил… – пробормотала я немеющими губами.
Теодор молчал. Мне вдруг стало холодно, словно морозный ветер забрался под плед. Я поежилась.
– Папа не мог, просто не мог! Нет, он бы сказал мне. Или мачеха… Мистер Аштон, вы меня обманываете, не может быть такого! – мой голос сорвался. Я взглянула на Теодора.
Он удивленно смотрел на меня, а потом шумно вздохнул и отвернулся. Потом запустил ладонь в волосы, откинул их назад, смотря в небо.
– О, какой же я осел! – выдохнул он.
– Что? – прошептала я.
– Вы действительно ничего не знали, мисс Элионор? – Он шагнул ко мне. Я помотала головой.
Он отступил, снова откинул волосы, потер ладонями лицо.
А до меня вдруг дошло, словно молнией ударило. Он сделал мне предложение в то утро! Мне! Он готов был жениться на мне, не спрашивая одобрения своих родителей. Он спешил, он не мог дождаться, он наплевал на все традиции, чтобы быть со мной рядом. Он выбрал меня!
Я смотрела на Теодора, впитывая каждое его движение, каждый звук, каждый жест. Он обеспокоенно взглянул на меня. Воздух снова словно наполнился электричеством, как перед грозой.
– Ты хотел жениться на мне? – прошептала я.
В один шаг Теодор преодолел расстояние между нами. Его теплые ладони обняли мое лицо, большими пальцами он провел по щекам, стирая слезы. Откуда они взялись?
Кажется я всхлипнула. В его глазах плескалось беспокойство разбавленное радостью.
– О, Элли! – выдохнул он, а потом его губы нашли мои. Робкий поцелуй прервался слишком быстро. Теодор отпрянул, провел ладонью по моей щеке. А я поняла, что мне мало, мне нужно еще. И за следующим поцелуем я потянулась сама.
И меня смел ураган, сотканный из желания и нежности. Руки Тео переместились за спину, прижали к крепкому телу, сдавили в объятьях, а потом принялись исследовать мои ребра, плечи, шею. Нежные губы жадно пили, требовали, умоляли. И я растворялась в его прикосновениях, отдаваясь этому великолепному безумию.
Кажется, плед упал на пол. Кажется, мне было все равно. Кажется, я потерялась во времени. Нежное дыхание обожгло мою шею, а губы Теодора начали прокладывать дорожку от скулы к ключице. О, богиня! Нет, это следует закончить, мы в общественном месте, в проглядываемой с улицы и из дома террасе! Я уперлась ладонями в грудь Теодора, и он отпрянул, все еще держа меня за талию. Он тяжело дышал, его зеленые глаза потемнели от страсти.
– Я… моя репутация… Не стоит… – Мои ладони все еще покоились на груди Тео, и я чувствовала, как гулко бьется его сердце.
– Да, конечно… Да… – хрипло ответил он. А потом его ладонь легла на мою. Он поднес ее к губам и поцеловал. Потом еще раз. И еще, не отрывая от меня взгляда. Я порывисто вздохнула, понимая, что меня сносит бурной рекой, и очень скоро я утону в этом сладком омуте.
Что-то звякнуло то ли на улице, то ли в гостиной, словно кто-то уронил что-то железное. И это заставило меня очнуться. Я высвободила свою ладонь, отступила от Теодора на шаг. Он нехотя отпустил мою талию, на его лице застыло счастье с легким оттенком разочарования. Я закусила губу и решительно развернулась, покидая террасу, прошла сквозь пустую общую гостиную, свернула в коридор и скрылась в пустоте нашей с Изабеллой комнаты.
Я прижалась к двери и прикрыла глаза, не веря тому, что сейчас произошло. Богиня, как же хорошо, что Изабелла еще не вернулась, где бы она ни пропадала.
Я потерла руками лицо, отлипла от двери и побрела в уборную. Прохладная вода из кувшина охладила лицо. Я взглянула в зеркало и снова поблагодарила богиню, что одна в комнате: волосы растрепались, губы покраснели, щеки разрумянились, глаза заблестели от счастья. Я зажмурилась, закусила губу и потянулась за полотенцем.
Вернулась в комнату, зажгла свечу на прикроватной тумбочке. Теодор любил меня, он сделал мне предложение! И что значит этот поцелуй? Что он все еще меня любит?
Я хихикнула своим мыслям. Нет, нет, нет, нельзя надеяться. В конце концов, он уже однажды разбил мое сердце, так? Так. Но теперь ситуация совсем другая!
