Я надела сорочку и платье, и бросила взгляд на Теодора, пока затягивала завязки на груди. Он довольно рассматривал меня, полулежа на кровати, совершенно обнаженный. Взгляд невольно опустился на низ его живота, и еще ниже. Я поняла, что краснею и отвернулась. Услышала шелест одежды, и Тео оказался рядом, уже в брюках и с рубашкой в руках.
Его губы нашли мои, и я забылась на мгновение в сладкой нежности поцелуя.
– Останься, – прошептал он.
– Не стоит, – в тон ему повторила я.
– Почему? – с мукой в глазах спросил он.
– Репутация леди, Тео.
Он покачал головой и застегнул рубашку на пару оставшихся на ней пуговиц.
Еще какое-то время я потратила на поиск обуви и своего белья, но один из чулков так и не нашла. Пригладила растрепавшиеся волосы и отворила дверь. Коридор пустовал, но я все равно торопливо прошла по нему до своей комнаты. Остановилась, прислушалась к тишине за дверью и облегченно вздохнула. Достала ключ из кармана платья, вставила в замок и остановилась. Может, ну ее, репутацию? В словах Изабеллы была логика, да и все возможные грани я уже перешла. Что с того, что я проснусь не в своей спальне? Нет, я не должна!
Я решительно открыла дверь. Пустота комнаты обхватила меня, но тут же я почувствовала, что не одна. Теодор стоял в дверном проеме и грустно смотрел на меня.
И я вдруг поняла, что мне все равно. Просто все равно, о чем и кто подумает. Все равно на титул леди, на то, чему учили в пансионе. Да что там пансион, там нас учили быть удобной женой, не заботясь о собственных желаниях, а я желала. Я четко чувствовала, что хочу, чтобы эта ночь не заканчивалась. К черту!
Я вмиг преодолела разделявшее нас расстояние, и Теодор захлопнул за собой дверь. И стало неважно, что на мне всего один чулок, что сорочка надета задом наперед, потому что одежда снова оказалась на полу, а под моей спиной прохлада простыней, на моей груди – горячие ладони и губы, а между ног…
Я лежала на кровати и перебирала черные пряди любимого. Он глубоко дышал после очередного марафона, его голова покоилась на моем плече, а ладонь поглаживала живот.
За окном светало.
Вдруг Теодор поднялся с кровати и отошел к куче одежды на полу. Я рассматривала его сильное тело, и смущение боролось с интересом. Теодор наклонился к брюкам, и мне стало жаль, что ночь закончилась. Я упала на подушки и посмотрела на потолок. И почему я так зациклилась на этой ночи? Приедем в Хальмо, и их у нас будет еще очень, очень много! Но какое-то странное, тревожное ощущение расползалось сердце черной плесенью.
Кровать прогнулась, и Теодор дотронулся до моей ладони. Он поднес ее к губам, и я ощутила прохладу металла.
Я поднялась на постели и взглянула на свою руку: на безымянном пальце блестел перстень Тео с черным камнем.
– Это не женское кольцо и оно не похоже на помолвочное, да и контракта у нас нет… Но это максимально близкое к тому, что необходимо, – пробормотал он.
А я смотрела, как тусклое пламя камина отражается яркими сполохами в черном камне, и старалась не утонуть в переполняющей меня мысли, что значит это кольцо.
– Как только прибудем в Хальмо, сделаем все официально. – Он прижал меня к себе.
– Как только прибудем в Хальмо, – эхом отозвалась я, прижимая ладонь к груди.
Теодор поцеловал мою макушку. Потом лоб, губы, а потом мне снова пришлось терзать простыни, а Теодор глотал мои стоны, вознося на новые вершины удовольствия.
Утро встретило меня одинокой постелью и холодом. Камин потух, так что пол морозил ноги, пока я на цыпочках бежала в уборную. Я не заметила, как ушел Теодор, и не знала, как долго спала. Но то, что уже позднее утро и пора собираться в дорогу, было ясно и без часов.
Я наскоро умылась, заплела волосы в тугой аккуратный пучок, надела чистую сорочку и платье, теплые чулки и ботинки. Несчастную одежду, стыдливым напоминанием валявшуюся на полу, я собрала и аккуратно сложила в котомку. Я невольно кусала губы, то и дело вспоминая прошлую ночь, но отгоняла непрошенные мысли: лучше сосредоточиться на сборах и дальнейшей дороге.
Но спуститься к завтраку я не успела. Дверь открылась, и Изабелла торопливо вошла в комнату.
– О, Элли, ты проснулась? Маркус сказал собрать вещи и выходить, – бросила она, подбегая к кровати и собирая свою сумку.
– Вы уже завтракали? – спросила я, осознав, что ужин в моей жизни вчера отсутствовал, и теперь в животе недовольно урчало.
– Он сказал, что поедим по дороге, – пожала она плечами. – Ой, это что? – удивилась она и подскочила ко мне, хватая за руку.
Я взглянула на перстень Теодора на безымянном пальце и невольно улыбнулась.
– Ну, братец! Не думала, что он так быстро на это решится, – с восторгом сказала она. – Интересно все-таки, как эти кольца приходятся всегда ровно по размеру? Ведь пальцы Теда явно больше твоих.
Ах, эти пальцы… Так, стоп, Элионор!
– Не знаю, наверное все дело в магии, – ответила я, стараясь не думать о руках Теодора.
– Скорее всего… Ты готова? – Изабелла отпустила мою руку и схватила сумку.
