— Только полуостров, — отрезал гестехид, и ученый беззвучно захлопал в ладони.
«Пусть потрошат местную флору и фауну, саранча неугомонная, пока мы будем развлекаться, — усмехнулся про себя Сантилли. — И сразу возникает животрепещущий вопрос — что запросят хозяева за «посмотреть на жизнь их планеты»? Ладно, если обойдемся одним или двумя новыми кораблями, а если нет?».
Отложив эту проблему на потом, император собрал командиров и начальников с обоих кораблей и озадачил их помощью местному населению: раненые, восстановление жилья и прочее, и прочее.
Веселье началось на следующий же день: королеве настолько отказало ее самообладание и выдержка, что она с утра примчалась проверить, как разместили спасителей ее подданных, притащив за собой длинный хвост придворных кавалеров и дам, перед носами которых ашурт с обаятельной улыбкой закрыл двери отведенных им комнат.
Сегодня ради гостей она сметила черное платье на великолепное ярко-голубое в россыпи мелких цветочков и топазов по подолу пышной верхней юбки, начинающейся почему-то от плеч, и странный головной убор с длинным шлейфом, напоминающий остроконечный шлем с крылышками. Убийственное сочетание. Очевидно, чтобы окончательно скрыть фигуру поверх платья было накинуто нечто похожее на тунику без боковых швов.
«Заблудиться можно, пока найдешь то, что хочешь», — оценил про себя демон количество нижних юбок с оборками и постарался придать лицу соответствующее обстановке выражение.
— А где Ваша очаровательная жена? — женщина бегло осмотрела комнату, еле сдерживая нетерпение и спохватилась, вспомнив о роли радушной хозяйки. — Вам удобно у маркиза? Я понимаю, что вы привыкли к более….
К чему они там привыкли ашурт так никогда и не узнал: Даэрри в великолепном синем костюме, сверкая бриллиантами в серьгах и желтыми глазами, с легким поклоном отворил дверь, пропуская Ласайенту. Причем кланялся он явно демонессе, а не королеве.
«Гадство», — оценил наряд жены Сантилли, зато стало понятно, почему загадочно хихикающие заговорщицы его выгнали. Если так и дальше пойдет, то маги рискуют потерять квалификацию боевых, перейдя в разряд портных — платье было ошеломительно.
Местная мода была консервативна, почти не изменившись за восемьдесят лет, то есть все закрыто, целомудренно, многослойно и мешковато. Но нам же надо похвастаться шикарной фигурой и татуировкой на груди, поэтому у нас все облегающее и открытое. Спасибо, не полностью, а только до бедер. Тут бы самому слюной не захлебнуться, дорисовывая скрытые тканью детали. Ашурт перехватил великосветский взгляд жены и изогнул бровь. Хотя, с другой стороны, теперь королева будет пялиться на пантеру и ее зубки и меньше думать о посторонних вещах.
— Позвольте представить Вам моего воспитанника Даэрри.
«Да-да, а потрясающая девушка рядом с ним — это его отец. И докажи мне, солнышко, что это был не комплимент», — Сантилли еле уловимо улыбнулся жене.
Взгляд Ее Величества заметался между похожими, как двойняшки йёвалли, но принц предпочел заинтересоваться оконными витражами, словно только сейчас их увидел. Да, не скоро еще мальчик будет замечать других женщин на радость Турайе.
— Мы оценивали размер разрушений, — медленно, с запинками пояснила женщина, непроизвольно прикипая глазами к рисунку пантеры и постепенно сползая, чего демон никак не ожидал, к вызывающей ложбинке между грудей, в которой мерцал маленький бриллиантовый кулон в пене тончайшего розового кружева.
Наступила пауза. Ласайента спокойно ждала продолжения, Эрри непринужденно осматривал стены, Сантилли покачивался на носках за спиной королевы и кусал губы, чтобы не рассмеяться. Гостья, багровея, нервно оттянула пышный воротничок и с трудом перевела взгляд на лицо демонессы.
— Сегодня не по-весеннему жарко, вы не находите? — ласково улыбнулась та и заворковала. — Вы так заботитесь о своем народе. Редкое качество для правителя.
«Да-да, так по руинам в кринолине и лазила», — усмехнулся Сантилли, слушая болтовню жены.
У кого научилась? У Лонье или Жени? Судя по интонациям и знакомым выражениям — не заморачиваясь, копирует последнюю.
Эрри, стоящий позади отца, как одел маску невозмутимости на лицо, так и не снимал до самого конца визита, изображая каменную статую. Насколько ашурт знал его, то сейчас йёвалли вкупе с друзьями сочинял отнюдь не хвалебную оду в честь королевы. Надо бы проследить, чтобы нецензурных выражений не было. С Тьенси станется.
— Здесь горы есть, мы прокатимся? — сын подергал Ласайенту за платье, как только высокая гостья покинула их.
Демонесса недовольно повела обнаженным плечом.
— Нас опять не зовут? — обиделся она. — Сан, поставить их в угол?
— Бесспорно, и лишить сладкого, — согласился он, разваливаясь в кресле в предвкушении продолжения.
Принц поджал губы, совсем как Лас, и исподлобья посмотрел на ашурта. О да, знаменитый взгляд, вместе с характером перешедший по наследству.
— Не вспотей, — посоветовал ему император.
— Ну, хорошо, — обреченно вздохнул Эрри. — Что ты предлагаешь?