– Ладно, давай сначала заглянем, может, пол крепкий, тогда пойдёшь, ладно? – примирительно сказал Андрей, подходя к избушке.
Пол, несмотря на то что выглядел старым и трухлявым, оказался крепким. В углу были сложены два куска брезента, в противоположном – закопчённый чайник, старый алюминиевый котелок, пара консервных банок и какая-то крупа в прозрачном запылённом пакетике.
– Глянь, даже спички есть! – обрадовался Андрей.
– Набор робинзона! – хмуро вздохнул Николай, обнаружив небольшой топорик, брошенный в третий угол. – Осталось только управляющего-Пятницу найти!
– Сибарит… а самому слабо? – храбрился Андрей, которому снова очень хотелось прилечь…
– Что слабо? Я, к твоему сведению, живу один.
– Угу, с приходящей домработницей, и она же кухарка. – съязвил по привычке братец, опускаясь на траву. – Как там Милка… перепугается же!
– Это ты по аналогии с кухаркой вспомнил про жену? – не уступил ему Николай, но присмотревшись к лицу брата, внезапно подал назад: – Извини… это я зря ляпнул!
– Да ладно… первый раз в жизни! – восхитился Хак. – Ну-ну, а ведь ещё даже не вечер!
Глава 24. Противоречивая логика
– Вот как чувствовал, что не надо это делать! Чего там докладывать-то? Не знала бы об Андрее и не устраивала бы тут водопад! – думал Хантеров, последовательно вручая Милане упаковку с салфетками, рулон бумажных кухонных полотенец, а напоследок льняное полотенце, которым она недавно миску с тестом прикрывала. – Женщины… дай только повод порыдать!
Он переглянулся с Петром Ивановичем.
– Милана всё нормально! Травма у Андрея неопасная, – Пётр чуть заметно подмигнул другу, мол, не боись, прикрою.
– Да лучше бы я ничего не затевала! – скулила Милана, подхватывая на руки кота и утыкаясь в его бок лицом.
Морда Чегевары была достойна отдельного упоминания, но Хак его выручил – непринуждённо изъял кота и вручил Милане Несси.
С собакой дело пошло веселее – та терпеть не могла, когда хозяйка плачет, поэтому набросилась на неё с облизываниями и упорным писком.
– Ой, Несс, хватит, я всё, я больше не буду! Не надо мне ресницы выкусывать! – Милана с трудом уговорила собаку не продолжать отчаянный зализ хозяйки. – Всё, всё, я уже успокоилась.
И правда, к Хаку она обратилась уже вполне внятно:
– Так вы думаете, что надо оставить их на ночь?
– Безусловно. Опасность им не грозит, всё контролируем. Если Андрею будет хуже – пришлём за ними людей, типа искали и нашли. И да… ни в коем случае ни в чём не признавайтесь! Есть вещи, о которых мужьям рассказывать нельзя категорически.
Милана с сомнением покосилась на Хантерова и перевела взгляд на свёкра.
– Точно! – солидно кивнул он. – Андрей, если узнает, разобидится смертельно, да и польза от их поездки сойдёт на нет. Я вот сейчас думаю, что, наверное, полезнее всего было отправить эту парочку братьев-кроликов вдвоём на пару месяцев куда-нибудь, когда они ещё подростками были. Может, и помогло бы.
– А может и нет… – в тон ему отозвался Хак. – Они же дрались тогда… сам вспомни, как.
– Нда… – кивнул Миронов. – И да, Мила, ты подумай, рёбра-то Андрюшке мог и Коля повредить. Они действительно нередко сталкивались и переводили проблемы в кулачные разборки. Лучше пусть один раз так, чем всю жизнь они друг друга будут ненавидеть.
– А он сам-то не догадается? – прищурилась Милана. – Получается, что это насилие над личностью какое-то.
– Не должен догадаться… – Хантеров покачал головой. Правда, на словах он был куда больше в этом уверен, чем на самом деле, подозревая, что Андрей-то как раз может связать некоторые нескладности и приложить к недавней ситуации с коттеджем. Правда, Хак был уверен, что решению основной проблемы в отношениях братьев это не помешает. – Ему на какой остров надо было ехать? Правильно. А куда понесло? Они могли отказаться? Могли! Насильно их никто туда не десантировал.
– Манипуляция, – вздохнула Милана.
– Так она везде, – равнодушно пожал плечами Хантеров, который в подобные игры словами мог играть сколько угодно. – Вы вот в школу любили ходить? Нет? А родители вас заставляли. Да, пусть не силой, но описывая, что с вами будет, если вы не получите образование. Дитя не хочет школу и уроки, а желает в интернете шариться и в игры играть. То есть родители манипулируют личностью ребёнка, не позволяя ему делать то, что он сам хочет, а если позволят – просто угробят собственного сына или дочь. Да тут примеров множество – любой можно взять… Вот хочется дитятке пальцы в розетку поместить, а родители – злобные манипуляторы, меняют его вполне естественное поведение по познанию мира путём описания, что с ним произойдёт.
– Андрей же взрослый! – уточнила Милана.