– Я ведь каждого из вас с детства готовил… Учил, что вы втроём – дети очень состоятельного человека, его очень просто достать, если получить контроль над кем-то из вас. Помнишь, лет десять назад была история, когда пошли захваты компаний твоего отца?
– Помню, конечно, – кивнул Андрей, который всё пытался развернуть разговор в нужное русло и тихо недоумевал, как они вообще заговорили о тех рейдерских захватах.
– Я же тебя тогда лично тренировал…
– Хак, ну, это же абсолютно естественно, если тебе говорят, что там-то и там-то в лесу что-то можно найти.
– Бывает и так, если тебе на пути попались люди очень добродушные, но ты не имеешь права на это рассчитывать и соваться куда тебя поманят, как доверчивый котёнок.
Андрей от возмущения аж поперхнулся, но Хантеров только начал.
– И что тебе не так с вертолётом? Мы после звонка Миланы о том, что вы оба пропали и телефоны не берёте, сразу арендовали вертолёт и начали прочёсывать озеро. Правда, начали, разумеется, с того острова, куда вы НЕ доплыли, – Хантеров пожал плечами. – Кто же мог представить, что вы отправились за приключениями в духе Тома Сойера?
– То есть у меня паранойя и я не прав? – саркастически уточнил Андрей, который абсолютно точно чувствовал, что, несмотря на все слова и бронебойные аргументы, он как раз очень близок к истине. – Ладно, придётся спросить у Миланы.
Он собрался было гордо развернуться и уйти, как вдруг услышал совершенно неожиданный звук. Недоуменно поднял глаза и уставился на Хантерова, который… смеялся!
– Ты чего?
– Ты и молодец, и дурак, Андрей.
– Почему это?
– А тебя что больше интересует, почему молодец или почему дурак?
– И то, и другое…
– Молодец – потому что реально изменился. А дурак… извини, но, если у тебя есть любимая женщина, которая по тебе так убивается, не стоит её загонять в угол подозрениями, да и обижать не нужно. Никак не нужно… просто потому, что потом можно очень пожалеть. Ладно, жизнь твоя, тут я тебе не помощник, делай как знаешь, – Хантеров пожал плечами и шагнул под деревья. – Рад, что мы поговорили! – донеслось из густой темноты, которая, несмотря на белые ночи, плотно охватывала прибрежные заросли.
– Нет, главное «мы поговорили», как это мило! – сердился Андрей, возвращаясь домой. – Ничего не сказал, вытянул из меня всю информацию, только голову заморочил! Ну, я точно знаю, что это было подстроено! Же-лез-но знаю!
И тут ему пришло в голову, что он с Хантеровым ещё не договорил.
– Забыл ему сказать, что я же могу и Кольке всё изложить! – вслух прошипел он.
– Это вряд ли… – спокойный голос из зарослей спугнул какую-то мелкую птаху.
– Ты что? Шёл за мной? – возмутился Андрей, пытаясь не показать, что его сердце трепыхнулось примерно так же, как та птица.
– Разумеется. Мне спокойнее тебя проводить, пока ты ещё на какой-то пенёк не нарвался… И да, если ты попробуешь меня обвинить в том, что я это видел через какой-то дрон или даже спутник, позволь тебе напомнить, что я уже с твоим братом разговаривал.
– Ладно, пусть разговаривал, но почему это я брату ничего не скажу?
– Да потому, что ты раньше почти никогда не называл его братом. Потому, что ты, сам того не ожидая, стал его ценить. А если ты поделишься подозрениями, то он может от природной своей недоверчивости вернуться к прошлым отношениям. Ты так хочешь?
Андрей ожидаемо вскипел. Возможно, попытался бы поскандалить с Хаком. Правда, сам понимал, что это исключительно из-за того, что сказанное Хантеровым – чистая правда. Андрей уже даже рот открыл, чтобы высказать что-то этакое…
– Да, я не хочу, чтобы он опять был чужим! – вдруг очень ясно понял он. – Колька невыносим, характер ужасный, ворчит постоянно, ядовитый, как лес мухоморов, но… он мой брат. И самое что странное, так это то, что я, кажется, реально могу на него рассчитывать! А он – на меня!
– Ну так что ты решил? – голос Хака из тени нервировал ещё больше, чем он сам.
– Слушай, ты, может, выйдешь оттуда, а?
– Может, и выйду… – насмешливо согласился Хантеров, выныривая из-за ближайшего дерева, за которым его просто не могло быть.
– Нервы у тебя в поганом состоянии, – констатировал Кирилл Харитонович. – Подпрыгиваешь только так…
– Да с тобой и не так прыгать можно! – с досадой вздохнул Андрей, ощупывая рёбра, обиженно отозвавшиеся на его резкое движение. – А самое что поганое, что ты прав… – неохотно признал он, – Не хочу я общаться с Колькой как раньше. И да, а ты вообще когда-нибудь ошибаешься? – вдруг живо заинтересовался Андрей.
– Ещё как! – невесело ответил ему отцовский соратник. – Я, Андрюша, семьи когда-то лишился из-за своей дури. Так что теперь очень хорошо понимаю, что если имеешь что-то для тебя очень важное, то это надо беречь. Ладно… если можешь, прими совет – Милану не допрашивай, можешь перегнуть палку, обидишь, упустишь, потом локти кусать будешь.
Он махнул рукой на прощание и снова канул в тень.
Андрей, только дойдя до дома, вспомнил эту историю…