Можно и записочку с посыльным, но ты ее еще передай! Никто ж ради тебя в кустах с лошадью наготове дежурить не будет, не того ты полета птица…
Гвардеец Рудигер Айн, лэйр, между прочим и десятник в полку графа Шантена, с удовольствием слинял бы в деревню, в самоволку, а оттуда уж и голубя послал, есть прикормленный человечек, да вот проблема – не выпускают. Шантен так и сказал – собираться в поход. Никто из расположения полка не отлучается, даже если рядом небо на землю падать начнет. И если кто не готов будет, я вас…
Как – собраться?
Да тщательно. Проверить доспехи, оружие, коней, взять все необходимое… можно бы и с ходу на столицу, но это – для дураков. Ага, полетели одни такие…
Столица – город.
Если Альсин не придумал, как обороняться в Кардине, медяк ему цена. Сейчас ворота закроют, баррикады сделают – и как хочешь, так и пробирайся, на коне, с одним мечом.
Нет уж.
Тут и горючее зелье нужно, и веревки, и кошки, и много еще чего, для понимающего человека… даже таран для ворот, на всякий случай.
В три минуты такое не соберешь.
И…
Тысяча человек.
Тысяча коней.
И ни у одного никаких проблем?
Это, простите, сказка, а не жизнь. У кого лошадь расковалась, у кого сбруя порвалась, у кого оружие… дел – хватает с лихвой, к вечеру бы готовыми быть.
Руди честно раздавал приказы, а заодно прогулялся неподалеку от голубятни. Увиденное – не порадовало. Стояли там два мордоворота, из шантеновых, доверенных, проверенных, и никуда деваться не собирались. В таких условиях хоть на голубятню, хоть самому в петлю.
Попадешься раньше, чем успеешь «голубь» сказать.
А куда тогда?
А только записочку в деревню передать. Кухню-то никто не закрывал, и всему этому простонародью из замка выйти можно…
Так что Руди потихоньку нацарапал записочку. Коротенькую такую.
«Королева и принцы у нас. Вечером выступаем к Шедару и в столицу».
А больше-то ему и не требовалось, зачем? Главное сказано, Альсин поймет и наградит… ладно! Пусть хотя бы долговые расписки отдаст!
Грустное это дело – кости, особенно когда все время единички выпадают! А уж когда ты просто лэйр, а не герцог, долги и вовсе неподъемными становятся.
Не играть, раз останавливаться вовремя не умеешь?
Это совет для трусов и маменькиных сынков! А настоящие мужчины помрут, но отыграются!
Так Альсин и подцепил Руди на крючок. Парень его устраивал. Бедноват, жадноват, а главное, не слишком заметен. Тех десятников в тысяче – сотня.
Руди прогулялся к кухне и выбрал там служаночку посимпатичнее. Из тех, которые всегда готовы услужить господину… кажется, эту он даже и валял на сеновале…. Или другую?
А, все эти девки на одно лицо, каждую кухонную мочалку еще помнить не хватало!
Золотая монетка сверкнула, вызывая у девушки приступ интереса.
– Детка, ты до деревни не пробежишься ли?
– Если господину угодно будет. А что надо сделать?
– Отдать записочку Арно Сарану. Он тебе пару строчек для меня черканет… ты грамотная?
– Откуда ж, господин?
– А и не страшно. Ты записочку отдай, для меня письмецо забери, да беги сюда. Как принесешь – тебе еще монетка будет.
Служаночка мило улыбнулась и спрятала и монетку, и записочку.
– Всегда готова услужить господину. Может, еще чего… подать?
– Это мы потом поговорим, – решил Руди. – Ну-ка, беги…
Та и побежала. К выходу, и из дворца, правда, убежать далеко не удалось. На выходе ее и приняли. Обыскали, нашли монету, нашли записочку и показали большой кулак.
Служанка, совершенно не желая, чтобы ее нос раскидали по лицу, мигом во всем созналась. Да и чего скрывать-то? Ее наняли записочку отнести, лэйр Айн к господину Сарану писал, может, что и важное, ей-то откуда знать? Неграмотная она!
Служанке дали подзатыльник, правда, сгладив горечь обиды мелкой серебряной монеткой «на ленточки», записку отобрали, саму ее на всякий случай заперли в кладовке, а вскоре туда же и Руди добавили. Правда, с ним одним подзатыльником не ограничились. Шантен лично пообещал голову оторвать, но потом. Вот, вернется из похода – и приступит к отрыванию. С чувством, с толком, с фантазией…
Руди понял, что граф не шутит, и не стал корчить из себя героя. А чего? Не за идею работал, за звонкую монету, вот и нечего тут невесть что строить. Колоться надо, пока палачу не отдали. А то потом останется только милостыньку просить у городских стен.
Через полчаса в теплую компанию добавились еще трое гвардейцев.
Дезертировать и оповестить герцога, оно, конечно, хорошо. Но вирманские сторожевые такого юмора не понимают.
Они прыгают, они кусаются, они пугают лошадей…
Две собаки?
Это вы с ними не сталкивались! А тем, кто столкнулся, показалось, что их минимум восемь штук! И налетали они со всех сторон.
Ляля и Нанук, конечно, не могли охватить всю территорию. Но два-три направления, к деревне – вполне, а больше и не требовалось. Вирмане перехватывали негодяев и исправно доставляли в графу Шантену.
Лиля только порадовалась,, когда ей доложили о результате.
А что, четыре предателя из тысячи?
