Надеждам Сонии не суждено было сбыться: тёмный дар её старшей дочери Лизы пробудился и требует от девушки решительных действий. Объединившись с братом Фредериком, юная некромантка тайно практикуется в запретных заклинаниях и готовится поступать в магическую Академию. Она не подозревает о том, что у родителей другие планы на её будущее, а осуществить их поможет новое изобретение Ордена Инквизиции.
– Эй, учёные, хорош зубрить! Так ведь и головы могут лопнуть!
Лохматый светловолосый паренёк, весь обсыпанный рыжими веснушками, ловко перескочил невысокую ограду школьного сада и устремился к сидящим в тени раскидистой липы мистикам. Фред моментально захлопнул учебник и поднялся приятелю навстречу, протягивая руку для приветствия:
– Ну, здорово! Куда торопишься?
– К часовне, – мотнул головой белобрысый. – На лесную ведьму поглядеть охота, пока не спалили. Ух и страшная, говорят, уши во-о-от такие, когти что крючья, а глазищи в пол-лица. На Мику ка-а-ак зыркнула утром, когда из лесу её тащили, так он до сих пор на лавке валяется, отойти не может. Как там бишь такие штуки у вас называются?
Сестра Фреда, темноволосая худенькая девушка по имени Лизабет, только теперь оторвалась от конспектов и подняла голову:
– Невербальные проклятия? Сомневаюсь, что уровень развития дикарей позволяет им применять подобные заклинания.
– Пф! – громко фыркнул веснушчатый. – Коли не веришь, пошли сами поглядим!
– Экзамен завтра. – Девушка с сомнением посмотрела на брата. – А Фред ещё и половины вопросов не подготовил.
– Да брось ты, я и без тетрадок этих всё знаю! – горячо заверил её юноша, подхватывая с травы полотняную сумку и ученический деревянный посох. – Не каждый день лесную нечисть на площади демонстрируют. Это тебе не картинки в книжке, а живое пособие. Практика в натуре, как выразился бы Сморчок. Идём!
Лиза вздохнула и после некоторых колебаний всё-таки заложила конспекты закладкой, неторопливо поднялась на ноги. Предчувствие опасности лёгкой дрожью скользнуло по спине и отдалось прохладой в пальцах: брат был впечатлителен и не в меру скор в принятии решений, а потому отпускать его смотреть на жертву инквизиторских ищеек, пару недель как обосновавшихся в Фоллинге, ей не хотелось. Не говоря уже о том, что родители строго-настрого запретили лишний раз показываться на глаза людям из Ордена. Как будто не знали, что запретить что-либо Фреду – это всё равно что плеснуть горючего масла на вечно тлеющие в нём угольки неподдельного любопытства. Сестра не сомневалась, что он и сейчас прекрасно помнил о предостережении отца.
Профессор Сморчок, что неудивительно, был здесь же, на площади перед часовней. Его длинный бугристый нос под синей университетской шапочкой то и дело мелькал среди столпившегося деревенского люда. Вскоре Сморчок вынырнул перед самыми лицами учеников и разочарованно затрясся:
– Эх, не удалось договориться, ребятки, никак не удалось! Непрошибаема головушка инспектора, я вам говорю! А что если бы нам такую практику, такое пособие, да на пару дней в учебные классы, а? Пусть в клетке, пусть в оковах, но всё ж таки удивительной редкости экземпляр, чистейшая лесная кровь! А он мне: «Уймитесь, профессор, тварь крайне опасная»! А кому, скажите мне, милые друзья, нынче неопасные твари интересны для всестороннего изучения? Мы же на боевых магов вас готовим, государству служить, закону, а не бабочек с мухами через стёклышки разглядывать, эх, эх… Ну идите же, полюбуйтесь, пока эти варвары костёр не разложили.
Профессор исчез в толпе, только два или три раза Фред и его сестра вновь увидели всплывающую в различных местах потёртую шапочку. Лиза растерянно посмотрела на брата: пробиваться сквозь галдящий и жестикулирующий люд задачка не для хрупкой девчонки семнадцати лет. Фред был выше её на полголовы и значительно крепче, хотя и родился полутора годами позднее, но главное – он никогда и ничего не боялся.
– А ну, дайте пройти будущим великим магам! – крикнул он, поднимая посох над головой, и простой народ нехотя потеснился и расступился, уступая дорогу юным мистикам.
