Дорога на Аваллон полностью

Рис и Алуэллин служили у фермера. Однажды ночью они возвращались домой, и Рис попросил своего друга остановиться и прислушаться — звучала какая-то музыка. Алуэллин ничего не услышал, а Рис пустился в пляс, будто бы под музыку, которую слышал сотни раз… Он уговорил Алуэллина идти вперёд с лошадьми, пообещав вскоре догнать его. Однако Алуэллин так водиночку и добрался до дому. На следующий день его обвинили в убийстве Риса и посадили в тюрьму. Но один "опытный в делах эльфов" фермер догадался, что же произошло на самом деле. Собрались несколько человек — среди них и рассказчик этой истории — и отправились вместе с Алуэллином на то место, где, по словам обвиняемого, исчез его спутник. Внезапно Алуэллин закричал: "Тише! Я слышу музыку, я слышу мелодичные арфы!"

Все прислушались, но никто ничего не услышал. Одна нога Алуэллина стояла на внешнем краю "волшебного кольца". Он предложил рассказчику поставить свою ногу на его, и тогда тот тоже услышал звуки арф и увидел маленьких человечков, танцевавших в кругу около шести метров в поперечнике. Затем каждый из пришедших проделал то же самое и тоже смог всё это наблюдать. Среди танцевавших маленьких эльфов оказался и Рис. Алуэллин поймал Риса за одежду, когда тот оказался поблизости, и вытолкнул его за пределы круга. Рис тотчас спросил: "А где же лошади?" — а затем попросил разрешения закончить танец, который, как ему казалось, не продолжался и пяти минут. И никто не мог убедить его в том, что прошло уже так много времени. После этого происшествия Рис стал печальным, заболел и вскоре умер…

Оба эти описания — сказочное и "бытовое", реальное — сходятся в тех деталях, которые имеют отношение к обстоятельствам общения с Волшебным Народом. Две важные детали сразу бросаются в глаза: во-первых, различия в восприятии времени непосредственным участником событий и остальными людьми (для Тафи и Риса проходят часы или минуты, для остального мира — годы или недели), а во-вторых, странные обстоятельства "возвращения" — Тафи "быстро ссохся, а потом рассыпался и превратился в горсть золы", а Рис "стал печальным, заболел и вскоре умер". Не правда ли, такое сочетание весьма напоминает обстоятельства путшествия Брана Благословенного, предание о котором на полтора тысячелетия старше только что приведённых отрывков. Действительно, вернувшись в Ирландию, Бран застал свою землю изменившейся так, будто прошли столетия; когда же один из его спутников коснулся земли нашего мира, он скончался столь же скоропостижно, как Тафи и Рис.

И тем не менее предание о Бране принципиально отличается от случаев с Тафи и Рисом. Ведь Бран был на Священных Островах Запада, а… где побывали Тафи и Рис?

Теперь, полагаю, становится понятным, почему события, подобные двум описанным, я назвал в начале этого раздела "пограничными": налицо явные признаки Перехода, но прямой Переход так и не совершается, действующие лица так и не попадают в Волшебную Страну и остаются где-то на границе. Где именно — Бог весть…

К слову, подобные "пограничные инциденты" далеко не всегда заканчиваются столь печально — собственно говоря, так же, как и возвращение из Волшебной Страны. Упомянутый спутник Брана погиб, но король Кормак и Томас Стихотворец не только выжили, вернувшись оттуда, но и здравствовали долгие годы. Вот ещё один рассказ о "пограничном инциденте”, не столь печальный, как предыдущие[39].