Дорога на Аваллон полностью

Тот факт, что и сам Переход, и близкие к нему “пограничные инциденты” прямо связаны с некими странными, неизвестными нам свойствами пространства, претерпеваюшего при приближении к границе не менее странные деформации, не требует вероятно, даже пояснения. Если до перехода мы находились в одном мире, в одном трёхмерном пространстве. а после оказались в другом, значит, это самое окружающее нас пространство должно неким образом “порваться” вокруг нас, лопнуть, выплеснуть нас в Иной Мир, а затем “склеиться” вновь — подобно тому, как рвётся и склеивается вновь при Переходе нить времени… Разумеется, это формулировка утрированная и доведённая до физического и топологического абсурда, но… Если кто-нибудь сможет сказать иначе, корректнее — милости прошу…

Как мы увидели в предыдущем разделе, нить времени начинает деформироваться уже при приближении Перехода. Свидетельство тому — "пограничные инциденты", гораздо более многочисленные, нежели явления собственно прямого Перехода. Как в этом отношении обстоит дело с пространством?

В средневековом валлийском собрании старинных сказаний, объединяемых ныне под именем "Мабиногион", есть несколько текстов, выделяющихся среди прочих и своей явной древностью, и особым очарованием древней волшебной сказки. Одно из таких сказаний — "Килух и Олвэн", прекрасное и не поддающееся классификации, по словам профессора Кардиффского университета Гвина Джонса. Записанное в конце XIV века, уже в конце X — начале XI веков это сказание сложилось в том виде, в каком мы его имеем. При этом центральный сюжет сказания оказывается не только значительно древнее его текста, но и древнее самих героев, в нём действующих.

Этот центральный сюжет связан с Переходом[43]. Для нас важно, что текст сказания сохранил некоторые подробности, связанные с "поведением" пространства при приближении к грани Перехода.

После долгих странствий выехали они на широкую равнину без конца и края. И не было в той равнине ни куста, ни деревца; серым было над нею небо, и туман местами покрывал землю. И стоял на равнине огромный замок.

Отправились рыцари к этому замку, но не так-то просто оказалось добраться до него. Скакали они целый день; вот уже скрылся из виду лес, из которого они вышли, и было теперь кругом лишь серое поле, а замок так и остался где-то далеко впереди.

И второй день изо всех сил скакали они по этой равнине, пришпоривая лошадей, но оставался замок всё таким же далёким.

И лишь на третий день приблизились они к замку…

Серая равнина "без конца и края", упомянутая в этом отрывке, легко узнаваема — достаточно вспомнить повесть о путешествии Кормака или легенду о Томасе Лермонте. Это — часть Пути Ямы, дороги в Иной Мир. Но обратите внимание на то, как проходят воины Килуха через серую равнину, лежащую вблизи грани Перехода: открывающийся перед ними путь не остаётся неизменным, он деформируется по мере их продвижения вперёд…

…Похоже, что по мере приближения к границе пространственно-временной континуум деформируется таким образом, что время сжимается (см. "Пограничные инциденты"), а пространство растягивается, пока не наступает момент, когда время сворачивается в точку, а пространство рвётся, не выдержав напряжения. И в этот момент совершается Переход.

Впрочем, последнее предположение — опять-таки всего лишь слова, слова, не отвечающие требованиям корректности ни магии, ни современной физики. Но это и не важно. Важно то, что один за другим мы выявляем "поисковые признаки" Дороги: деформация времени, деформация пространства… Дело за третьим лепестком трилистника Олвэн.

Деформация состояния сознания

Третий лепесток трилистника — самый загадочный и неявный и — в то же время — самый прекрасный. Что происходит с человеком, с его сознанием при приближении к границе между мирами?

Позволю себе начать издалека.

Наша жизнь — хотим мы того или нет — представляет собой цепь посвящений (инициации). Это так, даже если мы не отдаём себе в этом отчёт и не замечаем самого момента инициации, перехода в некое новое качество, в новое состояние. Первая драка, первая любовь, первый опыт столкновения с магией — эти примеры поверхностны и далее банальны, но наглядны.