Дорога на Аваллон полностью

Германские народы называли этого бога Один (др. швед. Othin, др. исл. Odhin) или Воден (др. англ. Woden, др. сакс. Woden и Wodin, др. в. — нем. Wuotan); варианты эти этимологически идентичны и восходят к древнескандинавской основе oðr, связанной с ритуальным экстазом шамана. От этой же основы происходят совр. нем. Wut — "ярость", готское wôds — "неистовый", англо-сакс. wôth — "пение, "песнь". Кроме того, по мнению Арно д'Апремона, к этому же ряду примыкают и латинское uates, и староирландское faith, означающие поэтическое и пророческое вдохновение.

В Скандинавии Один почитается как глава богов и покровитель вождей и магов. Согласно традиции, Один приносит себя в жертву самому себе, чтобы получить знание рун и передать его богам и людям; в обмен на магическое знание он отдаёт свой глаз мудрому Мимиру. Считается, что с тех пор один глаз Одина видит то, что явлено, второй же, лежащий в источнике Мимира под корнями ясеня Иггдрасиль, видит то, что сокрыто.

Одину принадлежит священное копьё Гунгнир, ассоциирующееся нередко с осью Мира, и это приводит нас ещё к одному нордическому аналогу Велеса (на сей раз кельтскому) — к Лугу, владеющему, согласно ирландской традиции, священным копьём Ассал, которое упоминается в поздних мифах о Святом Граале. Имя Луга, известного всем кельтам, как островным, так и континентальным (ирл. Lugh, валл. Lley, галл. Lugus) происходит от основы со значением "свет" (сравните лат. lux "свет", сканд. logi "огонь"). Прозвища этого бога прямо указывают на его покровительство волшебным искусствам: ирл. Самилданах — "Господин-всех-Искусств", валл. Ллау Гифе — "Искусная Рука". Именно к Лугу восходит традиционная ирландская магическая поза, когда человек стоит, поджав одну ногу и закрыв один глаз. Считается, что закрытым глазом человек видит то, что сокрыто. Неправда ли, интересная параллель с Одином?

Другой несомненный кельтский аналог Велеса — Мананнан МакЛлир[21]. Самое имя (МакЛлир может быть истолковано как "Сын Моря") говорит о многом: балты и славяне всегда помнили о связи Велеса с водной стихией, (лит. Velnio akis, латыш. Velna acis — "глаз Велеса" — так называли просветы чистой воды в болоте или зарастающем озере.) Именно Мананнана кельты почитали королём Волшебной Страны и связывали с ним чудесную колесницу, на которой он и люди, которым он покровительствует, совершают переходы между мирами.

Ещё один связанный с Велесом кельтский образ, воплощающий несколько иные стороны и ипостаси этого бога, — Кернунн (Цернунн). Это имя происходит от лат. Cernunnos — "рогатый" и является, по сути, всего лишь хейти[22] этого бога, появившимся во времена римских завоеваний в Галлии. Думаю, не ошибусь, если именно Кернунна назову самым загадочным, самым волшебным и одним из самых значительных персонажей кельтской традиции. Нужно отметить, что Кернунн как мифологический архетип распространён, пожалуй, более всех других образов этого ряда. Его каноническое изображение, которое ни с чем невозможно спутать, — человек с массивными рогами, с гривной на шее, сидящий в позе лотоса, — встречается от Атлантического до Тихого и Индийского океанов…

С Одином Кернунна, почитавшегося на Британских островах богом дикой природы и её скрытых сил, роднит то, что каждый из них является — в своей стране — предводителем знаменитой Дикой Охоты Мёртвых; отсюда ещё одно известное хейти Кернунна — Охотник. Как и Один, Кернунн — Князь Павших, владыка Мира по ту сторону смерти…

…Не раз встречали мы рядом эти слова: смерть и Волшебная Страна. «Давно уже горькая жизнь заставила нашего древнего певца сложить хвалу смерти. И я сейчас повторяю её… "Смерть стоит передо мной, как выздоровление перед больным, как выход после болезни, как пребывание под парусом в ветреную погоду, как путь, омытый дождём, как возвращение домой из похода…»[23] Я не склонен видеть смысл в обсуждении данного вопроса на страницах этой книги, однако считаю необходимым — прежде, чем мы перейдём к обзору свидетельств о прямом Переходе — сделать небольшое заключение к тому, что уже было рассказано.

Исследователи знают, насколько схожими могут оказаться основные мифологические сюжеты и образы в сказаниях разных народов. При желании, тот обзор связанных с Переходом мифов, который был сделан выше в рамках нордической традиции, можно было выполнить в рамках мистической традиции любого другого столь же древнего народа и увидеть то же самое.

Это принципиально. Это должно послужить своего рода предупреждением: "Осторожно! Следующий шаг приведёт туда, где сотрутся границы и грани, где исчезнет многое из того, что мы считаем собой".