Для того, чтобы достигнуть окрестностей звезды Баумгартен нам всем пришлось совершить два сверхсветовых прыжка; сложностей это никаких не представило и в конце-концов вся флотилия благополучно прибыла в назначенное место.
Согласно данным лоции, нужная нам звезда относилась к категории так называемых «тяжёлых» или «железных» звёзд, то есть таких светил, в чьих недрах в больших количествах синтезировались изотопы тяжёлых элементов, прежде всего, железа-шестьдесят. Этот факт прекрасно объяснял то, почему «Путь Карлито» появился именно здесь — в незаселённой людьми системе, расположенной к тому же вдали от основных внутригалактических трасс. Вокруг «тяжёлых» звёзд обычно обращается большое количество астероидов, богатых металлами; кроме того, планеты в таких системах имеют высокую плотность, что также является следствием минерального богатства их недр. Можно сказать, что «тяжёлые» звёзды и газопылевые туманности вокруг них являются кладовыми Вселенной.
Именно поэтому тридцать лет назад богатая артель «космических мусорщиков» и взялась за постройку околозвёздной станции «Путь Карлито». Прозвище «мусорщики» не несло в себе ничего обидного — этих людей называли так в силу специфики их ремесла. Они работали с космическим мусором, извлекая ценное минеральное сырьё из астероидов и комет, другими словами, из той всевозможной мелочёвки естественного происхождения, которой так богат космос. Тех, кто высаживался на поверхности крупных планет и вёл добычу руд шахтным способом, именовали «крысами». Хотя «мусорщики» и «крысы» использовали в своей работе несходные технику и технологию, разница между ними была куда меньше, чем мог бы подумать непросвещённый человек. Иногда «крысы» при помощи определённых приёмов — например, путём раскрутки ядра — раскалывали особенно богатую сырьём планету на крупные фрагменты, которые дробили затем термоядерными ракетами и складировали в бездонных трюмах своих огромных кораблей-рудовозов подобно тому, как это проделывали «мусорщики» с астероидами. Крупные межзвёздные транспорты за одну ходку перевозили десятки миллионов тонн разнообразных руд и в недрах одного такого рудовоза могли без затруднений разместиться все корабли моего куреня одновременно.
«Путь Карлито» казался со стороны бесформенным комом, слепленным то ли из коробок, то ли из ящиков. Смотреть на это чудовище было не то чтобы тяжело, а просто неприятно, как неприятно рассматривать руины. Не вызывало сомнений, что никто и никогда даже не задумывался о том, чтобы облагородить внешний вид станции, а при слове «дизайн» руки её хозяев явно тянулись к ятаганам и пистолетам.
Наши невооружённые корабли пристыковались к разным причалам станции, между тем как «ДнепроГЭС», «Наварин» и «Таллин» (с одной буквой «н») не стали этого делать. Согласно заранее выработанному плану, им надлежало прикрывать наш отход в том случае, если мои переговоры с Волосатым Мышонком пойдут как-то не так, как предполагалось. В конце-концов, мы не знали каков социальный статус этой бандерши и какие неприятные сюрпризы могли бы поджидать меня на борту «Пути Карлито». Если бы ей удалось захватить меня и «Фунт изюма», то Костяная Голова, Ужас и Ола с Усом должны были потребовать моего немедленного освобождения безо всяких предварительных условий под угрозой расстрела станции своими орудиями.
По-моему, это было честно.
Перед тем как покинуть «Фунт изюма» я одел на себя практически всё защитное снаряжение, которое сумел отыскать в загашниках своей оружейной комнаты. Помимо традиционного селенитогового сари нацепил демпфирующий доспех с элементами активной брони на груди и спине, а также налокотники, наколенники и подголовники. Свои гениталии я спрятал раковину скрытого ношения с комбинированной активно-пассивной металло-керамической бронёй. Э-эх, не позавидовал бы я Волосатой Мыши, если б она вздумала ударить меня в пах или выстрелить в самое защищённое моё место из какого-нибудь кинетического оружия! Защитное оснащение логично дополнило различное стреляющее, пыхкающее и разящее оружие, подвешенное в подмышках, в рукавах, на предплечьях и коленях под подолом сари. Не знаю, смог бы я с таким оружием завалить, скажем, древнеримский легион, но пару центурий я бы разметал в прах даже не особенно напрягаясь. О газовых гранатах и режуще-кромсающих кастетах особо упоминать даже не считаю нужным, поскольку эти милые моему сердцу безделицы являются столь же неизменными атрибутами моего мужского имиджа, что и интерактивная самонаводящаяся зубочистка.
