– А куда им деваться? Тут не поймешь где кто. Толи они к какому – то гарнизону на выручку спешат, то ли из окружения выходят. Можно было, конечно, уйти в горы , прошли бы они через село … Но уж от села бы верно ничего не осталось.
– Нет – сказал болгарин, – село большое – всем не уйти.
Они переговаривались, держа на прицеле поворот дороги, из-за которого каждую минуту могли хлынуть турки. Поднявшееся солнце, разогнало обрывки тумана, что цеплялся за влажные скалы, высушило камни. Осенним золотом заиграла листва нескольких дубов вдоль дороги. Беспредельной синевой налилось небо.
– Красиво у вас тут. – сказал казак болгарину.
– Очень – согласился тот. – Жить бы да жить… А вот видишь как получается…
И оба подумали о том, что хорошо если подмога подойдет, а если нет?
– Голенький ох, а за голеньким Бог…– утешил себя вслух Зеленов.
– На Бога надейся, а сам не плошай…– сказал по – русски болгарин.
– Что и у вас такая пословица есть?
– Подобная есть, а этой меня унтер, что у нас лечился, научил…Хороший был человек. Жалко умер, рана была тяжелая, в живот.
Осипу на ствол винтовки села синекрылая стрекоза.
– Смотри ты! – сказал казак , – Откуда ж ты взялась, миленькая? Ведь не июнь месяц! – – Улетай, голубушка моя, – скоро зима.
– Это какая-то душа к тебе прилетела. – улыбнулся болгарин. – Поклон тебе из рая принесла.
– Так это ты, Агрофенушка ? – спросил Осип, забыв на секунду, что Агрофена – самоубийца и в раю ее нет… А подумав об этом, вспомнил и станицу и слободу… Ущелье и мушка поплыли у него перед глазами …
– О – па! О – па ! – сказал он, тряся головой. – Это вовсе не гоже! Так я стрелять не смогу. Улетай!
Высушив ладонью глаза, он проморгался, приладился стрелять .
– Слаб на слезу стал после контузии…Уж пошли бы, что – ль поскорее…
– Не буди лихо, пока оно тихо…– засмеялся болгарин.
– Тоже унтер научил?
– Жизнь научила…
Из за поворота появилось несколько человек в синих мундирах, которые быстро рассыпались по обочинам дороги.
Взять на прицел, держать на мушке , без команды не стрелять… – шепотом передал Осип и команда прошелестела по цепи…
Турки , по волчьи, цепочкой, прижимаясь к стенам ущелья, стали подходить к баррикаде, перегораживающей дорогу.
Сосед Осипа, вытер досуха вспотевшую руку о штанину и положил палец на спуск
Зеленов видел турок все отчетливее. Впереди, совсем близко, шел молодой офицер – уже были видны щегольские усики .
– Вот как звездочку на погоне разгляжу так и грохнем…
Турок был разведчик неопытный, и вместо того, чтобы отойти назад, увидев преграду, вышел на середину дороги, зачем-то вынул саблю и двинулся к завалу.
– Эх, дурак! – прошептал Осип, ловя его грудь на мушку – Потому тебя молодого и послали, что ты – покойник. Огонь! – крикнул он и выстрелил.
Грохнули все стволы. Турок побежал вперед и сунулся головой в землю, точно собирался нырнуть, остальные попадали и только один, петляя, как заяц, побежал назад. Осип, вел его на прицеле и когда решил не стрелять – пусть убегае, грохнуло сразу несколько выстрелов, болгары успели перезарядить ружья. Вокруг турка взвилась фонтанчиками пыль на дороге, а сам он, вдруг остановился и пошел назад. Сделав несколько шагов, закачался и сел в пыль. Все стрелки неотрывно смотрели на него, потому, что вид чужой смерти завораживает, будто омут или стремнина быстрой реки… Турецкий солдат, со стоном, повалился на бок, дрыгнул ногами и замер.
– Ура! – вскрикнул восторженный парнишка, который бестолково рассказывал Осипу о турках, но его никто не поддержал. Молча смотрели болгарские мужики на знакомую им с детства, родную дорогу в свое село, где теперь, будто грязные мешки с кукурузой лежало семь вражеских солдат.
– Боже, буди милостив нам грешным… – сказал, крестясь огромной ручищей, сосед Осипа.
Защелкали, перезаряжаемые ружья, пошла по цепи флажка с водой.
– Ну вот, – сказал Осип, чтобы слышали все. – Теперь они про нас знают. Сейчас минут через двадцать построятся и на приступ пойдут. Тут мы должны отбиться. А как начнут в нас с гор стрелять, тогда сразу отходим. А сейчас отбиться должны. Братушки, турок, которого ты уложишь сейчас, не выстрелит в тебя на второй линии…
– Понятно, – заулыбались болгары.
– Держались хорошо! Молодцы.
Турки пошли почти через час, но атака была такой стремительной и яростной, что Осип в горячке стрельбы, было, подумал, что отойти на вторую линию не успеют… Турки добежали уже до самого завала. И болгары стреляли в них через ветки поваленных деревьев с расстояния в две три сажени. Еще бы немного и началась рукопашная, но где то в колонне наступающих лопнула пружина напряжения, и визжащая, вопящая, и стреляющая толпа откатилась обратно, за выступ горы.
– Все, – сказал Осип, – отмахните стрелкам на горах, чтобы спускались, – Отходим.
Не дожидаясь второй атаки, подобрав двоих легко раненных, оборонявшиеся пошли ко второй линии обороны.
– Ну что ? – спросил Осипа сапер, сидевший, как всегда, в тачке, когда они перебрались через вторую баррикаду.
– Да наваляли с полсотни…
