И хотя впечатление о том, что я несколько переплатил у меня еще сохранилось, но с другой стороны, так было гораздо проще. Еще недавно я привыкал к тому, что теперь ношу имя Сергея Понамарева, теперь постараюсь привыкнуть к Валерию Баранову.
По возвращении домой вручил все золото Женьке, приказав спрятать до лучших времен. Или до худших, тот уже как посмотреть. Тот вначале ни в какую не желал брать, но я сумел его убедить.
— Подумай сам, — убеждал я его, — Сейчас грамм золота в магазине стоит двадцать пять рублей, причем цены растут каждый год. А здесь по меньшей мере сотня граммов, или около того. То есть вот наступит момент, когда и деньги нужны, и взять неоткуда. Поверь такие времена скоро наступят, что делать будешь? А так пошел, сдал колечко или цепочку и сыт. Я не заставляю тебя или Ленку носить это, понимаю, твое отвращение к этим побрякушкам, но как стратегический запас, оно вполне подойдет, скажи, что я неправ!
— Прав, но, тебе же тоже нужно.
— В общем так, если это не нужно тебе, отдам все Ленке. Уж она-то найдет этому применение.
Ленка, это Женькина подруга. Он познакомил меня с ней буквально на следующий день после моего появления. Судя по их отношениям, все шло к скорой свадьбе, а то, что до моего приезда она была частым гостем в квартире, было видно и так. Правда сейчас временно их встречи прекратились по причине моего присутствия, но не думаю, что надолго. А вообще я чувствовал, что лишний здесь. Нет, брат меня не гнал, но с другой стороны я сам чувствовал, что мешаю созданию ячейки благополучия. Ту найденную на пляже возле Дивногорска цепочку, я сразу же подарил девушке своего названного брата. Правда увидев, как он поморщился, позже объяснил, как она у меня оказалась, и Женька вроде бы успокоился. Вообще, он всегда был слишком правильным, в отличии от меня. Но тут уже ничего не исправишь. Кстати, показал ему и колечко, которое предназначалось для Исаака Лазаревича, и которое я сумел сэкономить.
В отношении него сразу предупредил, что если и надумает сдавать его в скупку, то не раньше девяносто пятого года, а лучше и вообще в следующем веке.
Сейчас в скупке принимают только золото. А тут одних бриллиантиков по ободку столько, что золото колечка можно просто не учитывать. Одни камни на целое состояние метят. Вряд ли я смог его убедить, но хотя бы попытался это сделать.
Сам же подыскивал предлог, как объяснить, или точнее найти уважительную причину моего отъезда. Сам Женька, ни за что не отпустил бы меня, поэтому нужно было выдумать причину, которая устроила и его и оправдала бы мой отъезд. И вскоре причина была найдена.
Честно говоря, я как-то не задумывался об этом раньше, но в какой-то момент, вдруг вспомнил, что в милиции с меня все-таки сняли отпечатки пальцев. Наверное, это произошло после того, как на суде, переквалифицировали кражу, в разбойное нападение. Одним словом, вспомнив об этом, уже к вечеру следующего дня поделился этим со своим названным братом.
— Но ведь Шлюхин говорил, что у Баранова не снимали отпечатков, когда его объявили Сергеем Понамаревым!
— Так-то оно так, но кто знает, в каком виде было тело Баранова, может там к тому времени, не то, что отпечатков, и узнать-то его было нельзя. Мы же не знаем, что это была за авария. А вот представь. Пусть не сейчас, а скажем через год-два залечу по дурости, или напорюсь на случайную проверку, сравнят с базой и что тогда?
Женька задумался.
— А ты, что же, решил по кривой дорожке пойти?
— Как раз-таки нет. Вообще думал куда-нибудь шофером устроиться и не отсвечивать. Но кто знает, что там ждет впереди? Напорешься вот так, ни за что, и сам под молотки, и тебя за собой утащу.
— Такое тоже бывает, но здесь не угадаешь.
— Вот и я о том же. Потому и подумал, а может стоит мне куда-то уехать. Мне всегда было хорошо возле тебя, с самого детства ты мне был ближе родного брата. Да и сейчас, если бы не ты, хрен бы у меня что получилось с документами. Именно поэтому, я не хочу тебя подставлять.
— И куда ты поедешь?
— Да куда угодно, хоть в тот же Барнаул. Шоферы везде требуются, а уж общагу на первое время везде можно найти. К тому же заметь, у нас еще остались считай сорок тысяч рублей. А с такими деньгами можно лет десять вообще палец о палец не ударять.
— Со скуки сдохнешь.
— Это верно. Но с другой стороны, тот же домик в любом городе, вполне можно приобрести.
— Это да, еще и на машину останется.
— От машины бы я не отказался, жаль грузовики населению не продают.
— Почему нет, очень даже продают. Не всем, но по именному разрешению от райкома партии, и с определенными типами кузова. Недавно распоряжение на часть пришло. По остаточной стоимости можно продавать списанные с баланса грузовики ГАЗ-51, ГАЗ-63, но только с кузовом типа «фургон» и УАЗ-450 — это так называемая «буханка». Правда определенным категориям граждан, там в основном в списке егеря, лесники, профессиональные охотники, и продажа должна регистрироваться в райкоме партии. То есть купив грузовик калымить не получится, отберут сразу.
— Я бы не отказался. А что-то попроще?
