В общем я выложил Алдане все что произошло со мною за последние дни. Как я собирался добраться до Владивостока, а в итоге, пришлось сбежать с поезда, и теперь вот направляюсь в сторону Якутска, а оттуда, буду пытаться пробиться в Магадан.
Алдана внимательно выслушала меня, а после произнесла.
— В принципе, это не такая уж и большая проблема. В Якутске имеется транспортный аэропорт, и вполне можно решить вопрос с доставкой тебя и твоего автомобиля, хоть на край света. Правда это стоит довольно дорого, но в принципе подобный перелет вполне возможен, хотя бы исходя из того, что как минимум восемь месяцев в году, добраться до Якутска, практически невозможно.
— Кстати, — Перебил я ее. — А почему ты не захотела лететь самолетом? Сейчас бы уже давно дома была.
— Понимаешь, там под Сковородино всего один единственный самолет — «Кукурузник», принадлежащий колхозу «Светлый путь». С вечно пьяным пилотом. Он и вылетает-то раз в полгода, когда нужно обработать поля какими-то химикатами, или доставить больного, что еще реже. Мало того, что Семеныч закладывает за воротник, так еще и сам самолет, та еще развалюха. Может для колхоза это и нормально, но мне такое точно не нужно.
— А разве там не гражданский аэропорт.
— Нет. Колхозное поле, но меня они отправить предлагали. Ближайший аэропорт в Тынде, мы его недавно проехали, а другой в Благовещенске, это на Китайской границе, и туда нужен пропуск, у меня его нет. При этом из Владивостока, где я училась все это время долететь можно только до Якутска. А оттуда добираться до родного города, еще сложнее, чем из Сковородино.
Ночевать пришлось на берегу реки Иенгра. Я и так уже практически в полной темноте форсировал три реки, а в последней, произошел такой момент, где я буквально почувствовал, что машина отрывается от грунта, и ее начинает сносить на глубину, как я тогда вырулил, до сих пор не могу прийти в себя. Поэтому подъехав к очередной реке, наотрез отказался следовать дальше, пока не взойдет солнце.
— Ой, да, что ты боишься, я прекрасно знаю дорогу, не один раз здесь ездила, сейчас чуть вправо, там мелко, на островок заедем, его пересечем, а там останется метра два протоки и все. Даже если отнесет немного, ну метров на пятьдесят, там опять мелко. Ничего страшного не произойдет.
Нормально, да? «Если отнесет, то это не страшно!». Если бы это был служебный автомобиль, еще, наверное, можно было рассуждать именно так, но когда это личная машина, как-то рисковать ею не хочется. Поэтому никаких ночных переходов. Один раз чуть не поплыли, и этого хватит.
Ложиться спать на диван рядом со мною она отказалась напрочь, сказав, что проведет остаток ночи в кресле пассажира. Дело хозяйское заставлять не стал, зато за оставшееся время, прекрасно выспался, и с утра, со свежими силами сев за руль, и следуя указаниям пассажирки, спокойно переехал очередную речку. Протока действительно оказалась не широкой, и я перескочил ее довольно быстро. Вот только едва речка осталась позади, а мы въехали в поселок Иенгра, стоящий на другом берегу реки, как начал накапывать дождик. Здесь в районе поселка имелся даже асфальт. Совсем немного, в основном рядом с будущей станцией железной дороги, у райкома партии и возле АЗС, но тем не менее все же был. Заправившись под самые пробки, решил, подключить передний мост, пока еще было относительно сухо. Скорость конечно будет пониже, да и расход побольше, но хотя бы будет надежда, что «доплывем». Останавливаться и ждать хорошей погоды, тоже не имело смысла, та же Алдана, уверила меня, что это надолго. Дождя не было больше недели, поэтому ждать пока он закончится нет смысла.
— Нам сейчас, хотя бы до Нерюнгри доползти, а там полегче будет.
Чем именно полегче, Алдана не сказала, и мы отправились дальше. Оказалось, что до Нерюнгри совсем рядом, всего-то около шестидесяти верст. Правда учитывая, что дождь становился все сильнее, последние двадцать километром мы просто плыли, по сплошной размытой глине вперемежку с известняковой щебенкой, и боюсь если бы не полный привод, стоять бы нам еще на половине дороги по этого самого Нерюнгри, которое почему-то на всех картах называется Серебряным бором. Как оказалось несколько позже дело в том, что на трассе находится именно Серебряный Бор, а Нерюнгри чуть в стороне не доезжая его.
