– Хочешь сказать, что ничего не делал, но что-то ты всё-таки делал?
– Совершенно ничего, отдыхал и гулял на улице во дворе, это неинтересно, – оживившись, ответил Артём.
– Отлично, а теперь скажи это, правильно построив фразу на английском, что это воскресенье я провёл дома с родителями и гулял во дворе, можешь?
– Да, наверное.
– Давай попробуй.
Артём пытался что-то вспомнить и построить предложение, а также внимательно слушал, что ему подсказывал с места Колька Федосов.
– Ай… – начал он.
– Правильно, хорошо, дальше, ребята, можете помочь Артёму?
Артём с удовольствием закончил короткий рассказ, благо большую часть ему подсказали Колька и ребята со своих мест. В ходе этого рассказа он вспотел и сильно нервничал.
– Хорошо, вот мы и помогли общими усилиями Репкину рассказать, как прошёл его выходной, давай, Артём, сюда свой дневник. – Артём нехотя достал из портфеля дневник и передал его учительнице, где в графе «оценка» появилась красная тройка.
– Заполняй, пожалуйста, Артём, полностью дневник, очень много пустых граф, и удели больше внимания своему английскому и выполнению домашних заданий, – отдавая дневник, проговорила Галина Евгеньевна.
– Хорошо, Галина Евгеньевна, конечно, заполню, – а про себя в этот момент подумал: «Каким только образом, уделяй не уделяй, всё равно бесполезно».
Артём возвратился на своё место, в принципе, довольным, так как знал, что он на сегодня своё получил и его больше не вызовут.
– Теперь к доске пойдёт Камешкова Вика, – продолжила Галина Евгеньевна.
Вика вышла и рассказала про Лондон великолепно.
– Очень хорошо, Вика, мне понравилось, а теперь ответь, пожалуйста, на вопросы по теме.
На вопросы, по всей видимости, простые, Вика, как ни старалась, но ответить не смогла.
– Ну как же так, Вика? – удивлённо и с сожалением в голосе проговорила Галина Евгеньевна, – я тебе задаю вопросы по тексту, который ты отлично рассказала, а ты не можешь ответить ни на один, выходит, ты просто вызубрила текст и всё, но его не понимаешь, так не пойдёт. Давай свой дневник, а на следующем уроке ответишь снова.
Получив двойку, Вика очень расстроилась и даже заплакала:
– Галина Евгеньевна, я ведь готовилась и учила, как же так?
– Вика, нужно понимать, что ты учишь, а так не пойдёт, подготовься к следующему уроку.
Вика, медленно и утирая слёзы, пошла к своей парте.
– Теперь, ребята, начинаем новую тему, открываем тетради и пишем: «Вспомогательные и модальные глаголы».
Артём машинально записывал к себе в тетрадь всё, что появлялось на доске, особо не вдумываясь в тему, лишь бы успеть всё списать, пока учительница это не стёрла и не перешла к другому. Прозвенел звонок: дзинь, дзинь, дзинь.
– Ребята, обязательно всё запишите, это важно, а дома читать страницы 46, 47, 48 и делать упражнения с 1 по 5. И ещё, всем сдать деньги на тетради, принести к следующему уроку. Козакова, подойди, пожалуйста, ко мне.
Учебники, тетради, подставки под книги, пеналы исчезали уже в портфелях и ранцах, ребята, гомоня, шумно и быстро выбегали из класса. Артём тоже не стал задерживаться и вышел вместе со всеми, в классе осталось несколько учеников, которые либо ещё не успели собраться, либо что-то хотели уточнить у Галины Евгеньевны.
У выхода к нему подошёл Марузевич:
– Тёма, ты видел, что Музаеву отец привёз из командировки, Алексей показывал.
– Откуда, из какой командировки, что привёз?
– Из Франции, из Парижа.
– Вот это да, – протянул Артём, – нет, не видел и вообще первый раз слышу.
– Пойдём, посмотрим, я тоже не видел.
Они устремились в холл, где возле окна уже образовалась небольшая группа ребят из их класса, а также несколько из параллельного. Все с интересом что-то разглядывали. Музаев стоял в центре и с торжествующим лицом что-то рассказывал.
– Покажь, Лёха, чё такое, я ещё не видел вообще, – произнёс Артём, протиснувшись сквозь толпу и схватив Музаева за рукав.
– Дать не могу, вдруг случайно сломаешь, только из моих рук, ладно?
– Ладно, показывай.
В руках Музаева была шариковая ручка с прозрачной серединой, заполненной жидкостью, внутри находилась фигурка водолаза, которая при повороте ручки на 180 градусов пыталась всплыть вверх.
Ребята обсуждали:
– Классная штука.
– А она пишет?
– Конечно, пишет, это ведь шариковая ручка.
– Вот здорово, а можешь подарить? – с безнадёгой в голосе спросил Агапонов.
– Нет, не могу, ты что, мне отец только одну такую привёз, себе оставлю.
– Слушай, а чего он ещё привёз, ведь не одну же ручку? – спросил Артём.
– Так, совсем немного, жвачку и несколько монет, франков и сантимов.
– У тебя жвачка есть? – послышалось со всех сторон. – Дай, дай, дай попробовать.
Музаев сунул руку в карман и вытащил штук шесть-семь подушечек жевательной резинки в пёстрых фантиках. И сразу десяток рук протянулось к ним, Артём стоял рядом, он вцепился первым, и две подушечки уже были крепко зажаты в его ладони.
– Да осторожно, вы мне пальцы сломаете, чё, с ума сошли, что ли? – промычал Музаев.
– А мне, а мне тоже, мне не досталось, а ещё есть? – послышалось со всех сторон.
– Да ну вас, мне чуть все пальцы не оторвали, не дам больше ничего, он мало привёз.
