Я убрала непослушные пряди с лица, присела на матрас, и достав медальон, стала теребить его в руках. Он успокаивал меня, казалось, что где-то там есть человек, который точно так же сидит и думает обо мне, хочет забрать к себе. Может, если бы кто-то знал о моем существовании, меня бы давно здесь не было и все то, о чем говорил мне дедушка, насколько я плохая и негодная, – было бы опровергнуто… Даже если это было и не так, то благодаря таким мыслям, у меня еще оставалась в душе надежда на лучшее.
После ужина, который состоял из чая и тостов с беконом, сыром и грибов, пожаренными на чугунной сковороде, Джон велел Джордану вымыть посуду, а сам ушел вместе с Эмили в ее комнату, чем спровоцировал у брата еще один из странных взглядов.
Беспокойство, вот что он обозначал.
