У меня сжимается нутро: еще метр – и он бы раздавил Синана. Но кулак все же поднимает такой ветер, что сбивает сокола. Тот камнем ухает вниз, и Таха силится его выправить. В наступившем затишье Хубаал вновь окидывает взором город и сразу замечает меня и Кайна, бегущих меж домами к балюстраде.
–
Его кулак нависает на нашем пути и тут же обрушивается.
– Сюда!
Я хватаю Кайна за руку и тяну вправо, через узкий сад к каменной ограде. Мы перемахиваем через нее, как раз когда дом позади нас разлетается на куски. Приземлившись, я прижимаю Кайна спиной к ограде. Обломки пробивают верхнюю ее половину, чуть не лишая нас обоих головы и осыпая камнями. Мы притискиваемся друг к другу, Кайн дрожит.
– Отличный отвлекающий маневр, Гроза, – хрипит он.
Я вскакиваю на ноги, волоку джинна за собой. Держась за руки, мы перепрыгиваем через куски кирпича и добегаем до угла еще целого дома, где ожидаем в тени. До балюстрады остается меньше двухсот метров.
– Ну, давай, Фей, – бормочу я.
Сверху слева раздается пронзительный крик. Пролетев по небу, огромный огненный шар опаляет плечо Хубаала. Тот злобно воет, отворачиваясь от нас к Фей, которая взобралась на крышу приземистого дома и машет руками над головой.
– Невероятно, – шепчу я, прежде чем потянуть Кайна по длинной аллее к балюстраде. – Давай, пока можем!
Хубаал полностью сосредоточил всю свою ярость на Фей. Я мельком вижу, как она спрыгивает с крыши и, ловко перекатившись, приземляется. А потом бежит в укрытие, потому что Хубаал разносит дом в труху. Фей стремительна, но и великан тоже. Он целится обоими кулаками.
– Скорей, пока он ее не убил! – подгоняю я Кайна и сама пытаюсь мчать быстрее, чем способно мое тело.
– Сюда, здоровяк!
В другой висок Хубаала, лишая его равновесия, врезается огромный камень.
– Реза! – ахаю я с облегчением, хотя его нигде не видно.
Хубаал оставляет охоту на Фей и принимается выискивать чародея, обладающего подобием земли. В то же время Таха, восстановив власть над Синаном, вновь дерзко нападает на глаз великана. Хубаал отшатывается, размахивая руками и сотрясая землю. Я, оступившись, едва не падаю лицом в дыру на пути. Кайн вовремя дергает меня назад и толкает к балюстраде. Натиск на Хубаала продолжается, с обеих сторон летят огненные шары и осколки камней, и над всем этим грациозно, но смертоносно кружит Синан.
Когда нам остается всего несколько метров, Кайн меня останавливает.
– Жди здесь, – пыхтит он, разворачивая меня к очередному дому.
Я спешу скрыться в тенях и приседаю на корточки.
Кайн одергивает тунику и с пугающей, вызывающей уверенностью подходит к балюстраде. А затем спокойно встает перед ней и зовет:
– Хубаал!
Бешеный натиск обрывается, Синан дугой летит прочь. Хубаал, тяжело дыша, смотрит прямо на Кайна сверху вниз. Я зажимаю рот ладонями, готовая сдержать крик. Джинн разводит руки в стороны широким жестом и что-то произносит, я не разбираю слов. И – невероятно – в глазах великана вспыхивает искра. Он узнает Кайна. И в считаные мгновения опускается на одно колено, львиная морда замирает на уровне города. Кайн неторопливо подходит к краю того, что осталось от балкона, и они с великаном начинают беседу.
– Великий дух, смилуйся, – шепчу я себе под нос.
Они и правда говорят на изумительно мелодичном языке, похожем на сахиранский, но не совсем. Слушать его – все равно что вспоминать сон, от которого только что пробудился. Слова знакомы, но чем сильнее я пытаюсь разгадать их значение, тем более чужими они кажутся. Судя по тону, по тому, как кивает Хубаал, я понимаю, что Кайн его успокаивает – и успешно. Проходит несколько минут, и великан, склонив голову, опускается обратно в долину.
Город похож на склеп. Тихий, безлюдный, не колышется даже пыль. Медленно из-за обломков поднимаются фигуры, стягиваясь к Кайну у балюстрады. Сперва Реза, затем Фей, поздравляющие друг друга, затем Таха и Амира, оба невредимые. Я выхожу последней, на нетвердых ногах. Кайн, должно быть, и правда король. Я рада, что мы пережили ярость Хубаала, но радость эта быстро меркнет. Приближаясь к Кайну, я понимаю, что мы в куда большей опасности, чем когда-либо.
Всякое веселье мигом рассеивается, едва я оказываюсь рядом и Таха поворачивается ко мне лицом.
– Как твой джинн это сделал?
У меня есть вопрос получше: как я вообще могла привязать это чудовище к своему клинку? Ответы наверняка ужасны, но Таха не должен их узнать.
– Не твоя забота.
Я протискиваюсь мимо Тахи, чтобы обнять Амиру. Но он следует за мной по пятам.
– Это моя забота, Имани. Я отвечаю за жизни отряда. Что здесь происходит? Является твоя сестра, с тобой связан странный джинн…
Я разворачиваюсь к Тахе лицом:
– Тебе в уши песка понабилось? Повторяю: сестра сюда пришла за мной по собственной воле, я ей все выскажу. Но она не станет мешать, если это тебя беспокоит.
Бросаю выразительный взгляд в сторону Амиры, она с вызовом глядит в ответ. Некоторые вещи никогда не меняются. В один миг мы обнимаемся, а в другой вот-вот вцепимся друг другу в глотку.
– А этот демон? – Таха указывает на Кайна.
