– При обычных обстоятельствах бесспорно, – сказал он. – Однако в последнее время я очень тревожусь за молодого Невара. Вот почему я попросил его писать мне каждый день. А когда он перестал выполнять данное им обещание, я, естественно, забеспокоился.
– Я хочу вас понять. – Полковник Стит поджал губы, совсем как делала моя мать, когда Ярил или Элиси говорили откровенные глупости, да и голос его был полон скептицизма. – Но теперь, когда вы убедились, что с вашим племянником все в порядке, мы можем забыть об этом небольшом инциденте.
– Безусловно, – не стал спорить дядя. – До тех пор, пока я ежедневно буду получать письма Невара. Пожалуй, мне стоит по вечерам присылать одного из своих людей, чтобы не зависеть от капризов почты. Я обещал моему брату, отцу Невара, что стану присматривать за его мальчиком, как если бы он был моим собственным вторым сыном. И намерен сдержать свое слово.
– Как человек чести, вне всякого сомнения, вы обязаны исполнить свое обещание. – Сама реплика полковника была вполне корректной, но в интонациях чувствовался холод. Затем он посмотрел на меня так, словно только сейчас заметил, что я все еще здесь. – Ты свободен, кадет. Лорд Бурвиль, вы не заглянете ко мне домой, чтобы выпить перед отъездом по бокалу вина?
Я развернулся на каблуках и собрался выйти из кабинета, но тут заговорил дядя.
– – Честно говоря, полковник, мне нужно побыстрее вернуться в город. В последнее время у меня дома возникли небольшие проблемы. Но перед отъездом я провожу Невара до его казармы.
Полковнику явно не понравился дядин ответ, и, чуть помолчав, он заметил:
– Сегодня очень скользко, лорд Бурвиль. Я бы категорически не рекомендовал вам пеших прогулок.
– Благодарю за заботу, полковник Стит.
Дядя продолжал сидеть, и я не знал, как он решил поступить. Полковнику же ничего не оставалось, как пожелать ему спокойной ночи – что он и сделал. Дядя вежливо попрощался, потом подошел ко мне, и я открыл перед ним дверь. Как я и подозревал, Колдер болтался неподалеку. Я сразу же направился к выходу из здания, но дядя тепло поприветствовал мальчишку и осведомился, как он поживает. Колдер был безупречно вежлив, но при этом улыбался так фамильярно, что меня охватила необъяснимая ярость. Должно быть, меня разозлило то, что он считал интерес моего дяди к собственной персоне вполне естественным, как бывает среди родственников, ну, или почти родственников. Я решительно распахнул дверь, которая вела на улицу, впустив в здание холодный воздух, и они болтали, упрямо стоя на пороге. Когда мой дядя наконец пожелал Колдеру спокойной ночи и направился ко мне, я обрадовался, но только после того, как мы вышли из административного здания, вздохнул с облегчением.
Видимо, дядя почувствовал мое состояние и поэтому, осторожно спускаясь по скользким ступенькам, нашел необходимым пояснить:
– Семья моей жены поддерживает тесные связи с семьей лорда Стита. Вот почему мы знакомы с его братом, полковником, и, конечно, с Колдером. Они были гостями в моем доме. – Он помолчал, словно давая мне возможность ответить, но я не нашел что сказать. – Ветер сегодня особенно холодный, – вздохнул дядя, поняв, что я не намерен ничего говорить. – Может быть, мы посидим в моей карете и немного поговорим?
– Буду рад, сэр, – ответил я, но потом добавил: – Только, мне кажется, ваш возница может замерзнуть.
Он склонил голову и посмотрел на меня.
– Хорошие слова, молодой Невар. Твой отец всегда проявлял заботу о людях, которые занимают не самое высокое положение. Именно по этой причине он был таким прекрасным офицером, и его любили солдаты.
– Гэзер! – позвал он возницу. – Я провожу Невара, а ты, если замерз, можешь посидеть в карете.
– С радостью, сэр, – откликнулся Гэзер с искренней благодарностью в голосе.
Мы зашагали по тропинке, и на душе у меня потеплело. Дядя не только меня похвалил, но последовал моему совету. Он взял меня под руку, и этот жест дал мне понять, сколь глубоко его доверие. Только сейчас я до конца осознал, что дядя не только формально мой родственник, но действительно близкий человек.
– Ну, Невар, как ты считаешь, куда могли исчезнуть наши письма?
– Понятия не имею, сэр.
– О, мальчик мой, тебе не нужно со мной лицемерить. Ты, по всей вероятности, тоже пришел к выводу, что если я подойду к маленькому письменному столу моей жены и сломаю дурацкий замок, то найду их там сложенными в аккуратную стопку. Не думаю, что Даралин набралась храбрости уничтожить нашу переписку, точно так же как не сомневаюсь в том, что она будет говорить, будто произошла ошибка. Она не в первый раз вмешивается в мои дела. – Он с грустью покачал головой. – Ладно, почему бы нам не перейти к делу. Расскажи, что толкнуло мою жену на этот не самый благовидный поступок.
