Через полчаса я понял, что для реализации плана нам не хватает длины веревки. Деревья, растущие на самом берегу, оказались совершенно непригодными для наших целей – молодые и тонкие, они просто не выдерживали наш вес. Правда, окончательно убедились в этом только после того, как три из них вырвали с корнем. Более крупные деревья стояли слишком далеко от берега. Я четыре раза переходил ручей, пытаясь найти место, где мы могли бы закрепить веревку. К моему изумлению, к нашей работе добровольно присоединился Трист. Он не решался переходить ручей, но испачкался немногим меньше меня, прилаживая веревку к кустам, но и из этого ничего у нас не получилось. Вместо дерева мы попытались использовать Горда – тщетно. За это время один раз свалился в ручей Орон, а Рори оказался в воде дважды. Конец экзамена неумолимо приближался. Утешало лишь то, что другие дозоры продвинулись не дальше нас. Если бы я подумал заранее, нам бы удалось обменять длинную доску на веревку, но теперь было уже слишком поздно.
Я присел на минутку, чтобы перевести дыхание. Даже после того, как я поставил по четыре кадета на каждом берегу, чтобы они удерживали концы веревки, тощий Спинк не смог перейти ручей. И это при том, что Горд был намного тяжелее остальных, а по мере того как кто-то перебирался на другой берег, на исходной стороне оставалось слишком мало людей.
Я посмотрел на капитана Моу. Он спокойно сидел на скамейке, курил трубку и читал книгу. Ему явно надоело наблюдать за нами. Я устал, замерз, но самым сильным было чувство разочарования. Капитан Моу не мог дать задачу, не имеющую решения. Тогда я принялся вспоминать сооружения, о которых шла речь на наших уроках, – быть может, одно из них поможет нам справиться с проблемой.
– Время кончается! – напомнил Трист.
– У кого есть идеи? – взмолился Спинк.
Он был готов признать командиром любого, кто пообещал бы спасти дозор. Мне показалось, что он воткнул мне в спину нож. Я поднял глаза и посмотрел на него. И вдруг увидел, как с неба медленно опускается великолепное черное перо – наверное, его обронила пролетавшая мимо птица. Оно плавно вращалось стержнем вниз, а потом аккуратно вонзилось в снег да так и осталось стоять. Холодный порывистый ветер не мог, как ни старался, снова заставить его взлететь.
И ко мне вернулись воспоминания. Я стоял с Девара у края пропасти. На чем держались хрупкие магические мосты? Только перья, вонзенные в песок, или камень и переплетение паутины. У меня были колья, киянка, чтобы забить их в землю, и прочная веревка. Я мог закрепить мост на земле. Возможно, так нам хватит веревки. Быстро перебравшись к своим товарищам, я шепотом рассказал им о своем плане. Если уж кому-то и суждено добиться успеха, я хотел, чтобы победа досталась нашему дозору.
Мы лихорадочно принялись за работу, заостряли колья и забивали их в землю. Ограниченные запасы инструментов вынуждали меня постоянно переходить с одного берега на другой. В результате мы сумели закрепить над ручьем две параллельные веревки. Затем мы распустили оставшийся короткий кусок веревки на тонкую бечевку и использовали ее для закрепления оставшихся деревянных реек. Длинную доску мы оставили в качестве балансира. Я отошел немного в сторону и посмотрел на наш «мост» – интересно, сумел бы кролик перебраться по нему на другой берег? Как только мы закончили, капитан Моу встал, вытащил из кармана часы и покачал головой.
– Пять минут, джентльмены! – объявил он. Со всех сторон послышались крики отчаяния.
– Давай, Невар, рискни, – прошептал мне Трист. – Если все они так и останутся на этом берегу, а мы добьемся успеха, победа может спасти нас от исключения.
Я попытался сделать вид, что не слышу его слов.
– Сэр, мы готовы начать переправу! – обратился я к капитану, стараясь, чтобы мой голос прозвучал уверенно.
– В самом деле? – Он бросил на меня странный взгляд, и у меня вновь возникло ощущение, что он едва сдерживает смех. – Что ж, я этого ждал. Дозор Невара переходит на другую сторону! – рявкнул он, словно это был приказ.
Спинк, Орон и я в последний раз перешли ручей вброд. Мы не хотели подвергать наше творение дополнительной нагрузке. Я подозревал, что мы сумеем им воспользоваться не более одного раза – потом переправа развалится. Вот почему я выстроил свой дозор по возрастанию веса: первым пойдет Спинк, а Горд – последним. Я видел, что глаза толстяка были полны решимости, но он, как всегда, ничего не сказал.
