Больше ничего разглядеть я не успел. Вдоль нашего строя двинулась группа пеших третьекурсников, начавших пинками выравнивать строй. Сержант Рафет шагал за ними, проверяя, насколько серьезно ранены его подопечные. Трента и Джареда тут же отправили в лазарет, каждого в сопровождении двух третьекурсников, словно они были арестованными преступниками. Большинство стоявших напротив смотрели на нас с гневом, остальные — с тщательно скрываемым страхом, но это ничуть не повлияло на Рори, боевой пыл которого явно еще не угас, несмотря на глубокую царапину на щеке. Он радостно и довольно больно ткнул меня локтем в бок, показывая на пятерых кадетов из Брингем-Хауса, отправленных в лазарет, причем одного из них пришлось нести на руках. Остальных посчитали способными стоять, и на нас обрушился весь гнев полковника.
Стит не пожалел никого. Он заявил, что мы все виноваты, не только кадеты, вступившие в драку, но и второкурсники, которые стали ее инициаторами, третьекурсники, не остановившие второкурсников, а также сержанты Домов, коим следовало в самом начале прекратить безобразие. И, пообещав суровое наказание, он велел всем отправляться по казармам и оставаться там до нового приказа.
Нас строем довели до нашего этажа, где разъяренный капрал Дент приказал разойтись по спальням. Как только его шаги стихли, мы подкрались к дверям наших комнат, чтобы шепотом обсудить случившееся.
— Здорово мы их отделали! — раздался хриплый шепот Рори.
— Как ты думаешь, нас теперь выгонят? — спросил Орон едва слышно.
— Не-е! — уверенно заявил Рори. — Это же традиция такая. Каждый год новые кадеты резвятся на плацу. Удивительно только, что участвовало всего два Дома, а не четыре. Мы получим кучу взысканий, так что придется помаршировать, ребятишки, ну и дополнительные наряды, конечно. Приготовьтесь махать вилами, собирая навоз! Потом все успокоится, и мы снова впряжемся в свою лямку, и так до конца года. — Он осторожно потрогал щеку, поморщился и с философским видом посмотрел на испачканные в крови пальцы. — Сами увидите.
— Я в этом совсем не уверен, — тихо возразил ему Трист. — Один из их парней, похоже, серьезно пострадал. Если так, кому-то придется за это заплатить. Старые аристократы отправляют своих сыновей в Академию не для того, чтобы получить их назад инвалидами. Вполне вероятно, нас ждут серьезные неприятности. — Можем не сомневаться, — проворчал Горд. — И что только на нас нашло? Я еще ни разу в жизни по-настоящему не дрался. Мне следовало догадаться. Догадаться, что нас обманули.
— Нам всем следовало догадаться, — мрачно проговорил Спинк.
Я не видел его во время драки, но один глаз у него начал заплывать, а под носом запеклась кровь.
— Да, маленькие святоши, кавалла хочет, чтобы мы стали именно такими, — непривычно жестко сказал Трист. — Успокойтесь. Подобные вещи случаются каждый год. Неужели вы не понимаете: они проверяют, на что мы годимся и есть ли у нас характер. Если бы мы все начали бормотать: «О, извините, драка ничего не решит, пусть наш флаг останется у них, это всего лишь кусок тряпки», как вы думаете, кто бы нас уважал?
— Кстати, а где наш флаг? — округлив глаза, спросил Нейтред, и я заметил, что зубы у него все в крови.
Мы принялись переглядываться, тогда Нейт вытащил из-под рубашки нашу коричневую лошадку и, широко улыбнувшись, показал нам.
— Неужели вы думали, я оставлю наш флаг валяться в пыли? — хмыкнул он.
Рори прошел по коридору к дверям нашей спальни, хлопнул Нейта по спине, а затем поднял флаг над головой и с гордым видом принялся им размахивать. Несмотря на липкий страх, терзавший всех нас в ожидании неминуемого наказания, я не мог сдержать улыбки. В своем первом сражении наш дозор одержал победу, мы спасли знамя, и лишь двое наших ребят получили ранения. Мне показалось, что это хорошее предзнаменование. Но уже в следующее мгновение я вспомнил о грядущем суровом возмездии за то, что мы нанесли серьезные травмы пяти кадетам противника.
Мои товарищи сидели на своих койках или занимались мелкими делами. Я смыл кровь с рубашки, а затем решил починить рукав. Нейтред дремал. Спинк и Корт тихонько разговаривали о родных и о том, как те отреагируют, если получат рапорты о провинностях своих непутевых кадетов. Я даже думать не хотел, что сказал бы по этому поводу отец.
