– Они плохие. Сейчас пошли дорезать последнего путника. Потом придут за тобой. Забери меня, пожалуйста.
– Конечно.
Она улыбнулась. И умерла. Правда, получилось это только со второго патрона. Отброшенная назад, с развороченной грудью, девочка вцепилась вывернутыми назад руками в стены и поползла вверх. Второй выстрел остановил странные паучьи движения, сбросив ее на пол мокрой тяжелой кучей.
– Тоже мне, – Азамат цыкнул плевком в угол, – цветок жизни, пят’як! Все вокруг жуть жутью, а у нее только банта в косичке не хватает. Эй, хозяева, может, добром разойдемся?
Хорониться смысла он не видел. Попробуй не расслышь в доме грохот двух подряд выстрелов. А раз так, то и прятаться не особо стоило. Тем более (Пуля в этом был почти полностью уверен) девочка тут и верховодила. Или не девочка, а странноватая тварь. Он покосился на лежавшее тело. В густой каше вишневого цвета волосы уже не переливались золотом, серебрились густой сединой. Да и кожа, покрытая темными старческими пигментными пятнами, молодой не казалась.
С кухни донеслось глухое позвякивание. Азамат уловил за спиной движение, шарахнулся в сторону, стараясь добраться до патронташа.
– Девка та, сивая, тощая, и оба близнеца-дебила сбежали. – Азамат почесал в затылке. – Зато кота спас. Теперь всегда со мной. И он меня выручил еще раз, мамку их хватанул за ногу, та и шваркнула своей дрянью мимо. Что там за штука была, не понял, но кашлял потом полгода. И даже вроде какие-то хрипы подозрительные появились. Ты это, Женя, дождись меня, помоюсь, и спать. С утра поплывем, Зуич нас ждать на рассвете будет.
На рассвете их ждал Золотой, с ног до головы затянутый в странную смесь из ОЗК и бронежилета со щитками никак не меньше, чем 3-го класса защиты, в стареньком шлеме «Орех», с намалеванным по всей его сфере хитрым изречением, выполненным арабской вязью. Вместе с главой клана ходоков, явно решившего не просто не ссориться с Пулей, но и искупить грех мертвого Андрюхи, путников встретило транспортное средство.
– Пят’як… – Азамат сплюнул. – Это что такое, Шамиль Абдулмазитыч? Чего за дикая помесь сноповязалки, парового локомотива и обычной дровяной печки?
– Ничего ты не понимаешь в транспорте, Пуля. – Золотой затянулся самокруткой. Ощутимо потянуло хорошей коноплей. – Прогрессивные технологии и восстановленные технические решения, плюс имеющаяся материальная база. В результате получаем…
– Да мне на этой буржуйке без гидропривода руля и ехать-то страшно. Не говоря про то, что к речке на ней добираться. – Азамат покачал головой. – На чем работает-то?
– Пеллеты. Покупаю у водников, сам знаешь ведь. Это, ну… есть в ней гидропривод, точно тебе говорю.
– Ну да.
Уколова покосилась на него, но вопросов задавать не спешила. Хотя неведомые водники, торгующие пеллетами, настоящей драгоценностью в текущий год от Рождества Христова, явно ее заинтересовали.
Длинная и довольно высокая махина мирно пыхтела через несколько патрубков, окутывалась паром и легким запахом горячего масла. Мелкие капли задорно барабанили по прямоугольному носу, укрытому не только толстыми листами железа, но и провощенной огромной кожаной «попоной». Уколова смотрела на нее и пыталась осмыслить увиденное.
Ну ладно, машинерия работает не на бензине или соляре – ворчащие паром детали, скомпонованные в несколько слитных блоков, говорили сами за себя и без пеллет. Как и чем неведомый умелец соединил их между собой и присобачил на корпус от нехилого трактора, оставалось только гадать. Инженерным мышлением она не обладала, вернее, обладала, но в нужных пропорциях и необходимых для применения объемах.
Высокие покрышки с выпуклыми заплатами, явно сделанными специально для защиты от лишних проколов. Неуклюжий, но надежный гроб кабины и кузова, тесный, но при этом очень хорошо защищенный. По бортам его обложили мешками с песком, крепко притянув их тросами внахлест. С обоих бортов, забранных крупной сеткой, торчали стволы стареньких, но ухоженных ПК. Стекол в машине она практически не заметила, а имевшиеся впереди ходоки закрыли решетками и откидывающимися металлическими козырьками с прорезями.
– И она едет?
Уколова покосилась на довольно улыбающегося Золотого.
– Да, девушка. Вы «химзу»-то нацепите, нам с вами через овражки проехать придется, а там очень неприятный для организма туман. Дышать нельзя, на кожу нельзя, никуда нельзя. Что-то там опасное в свое время с неба вертанулось, так до конца и не рассосалось. И попрошу во время поездки не сильно дергаться и все время стоять у пулеметов. Договорились?
– Назад ты как собираешься, если не берешь никого больше? – Пуля уже начал скрипеть резиной, натягивая прямо поверх куртки и ватников.
– Забрать мне там кой-кого надо будет. Потом. – Золотой затянулся. – Не хочешь, братишка?
– Не, спасибо. И она тоже не будет.
– Нет так нет. Попрошу на борт. Вон там, по лестнице. И не забываем сейчас противогазы, а потом – крутить головами вокруг. У нас впереди километров пять или семь, на которых нам вряд ли что хорошее встретится.
